История удивительного человека из Алтайского края

11:26, 07 июня 2021г, Общество 1146


Уже более полувека космические корабли бороздят просторы Вселенной… И то, что раньше поражало воображение, сейчас стало привычным. А ведь когда-то – по меркам истории совсем недавно – молодежь грезила о самой высокой мечте, высоте. Многие хотели стать летчиками.

Были перед войной в нашем крае аэроклубы, учлетами становились и юноши, и девушки. Георгий Россихин учился в 25-й барнаульской школе и, полагаю, наверняка был знаком с будущим Героем Советского Союза Иваном Гулькиным. Но если Ваня уже с детства мечтал о небе, то Гоша летчиком стал «за компанию».

– Отправились держать экзамен на летчика целым коллективом, а повезло лишь двоим, – рассказывал родным инженер-полковник авиации Россихин.

Во многих городах и весях, советских и заграничных, пришлось послужить нашему герою. Сейчас его вдова и потомки живут в Белоруссии. И находка в довоенной «Сталинской смене», и видеокадры 25-й школы не могли их не порадовать. Хотя, казалось бы, это такая малость, буквально крупицы. Но – крупицы Памяти…

Испытания

Младшая сестра «Алтайской правды», «Сталинская смена», немало места на своих страницах отдавала школьной тематике. «В 10 классе 25 школы г. Барнаула – испытания по физике» – так начиналась заметка в номере от 22 мая 1940-го.

Испытаниями назывались тогда экзамены. Начало у них в 25-й было торжественное: перед учениками выступил директор школы Беседин. Он рассказал о больших возможностях советской молодежи. Затем…

«Учительница Надежда Васильевна Царева вызывает трех учащихся. Они берут билеты, думают. Через 5 минут ученица-отличница Ольга Блохина уверенно дает ответы на все вопросы. После нее отвечают Филипп Морозов, Юрий Шошин, Георгий Россихин, Галина Мерзлякова, Таня Манаенко.

В 10 классе 21 человек, из них 20 комсомольцев. 10 отличных оценок, 6 хороших и 5 посредственных – вот результат первого дня испытаний у выпускников».

Такой процент успеваемости не может не удивлять: всего лишь пять троек! Неудивительно, что Георгий Россихин поступил сразу после окончания десятого класса в Молотовскую авиационную школу пилотов (первоначального обучения). Окончил он ее в 1941-м…

Каждые двадцать минут

– Я, когда маленький был, китель деда поднять не мог – такой он тяжелый от наград, – вспоминает Владимир Журавлёв, внук нашего героя.

Орден Красной Звезды, орден Отечественной войны, медали «За победу над Германией» и «За победу над Японией» – этих и многих других наград был удостоен Георгий Россихин. На фронт попасть ему не довелось, но с фашистами и японскими милитаристами воевали десятки его учеников.

За годы поисковой работы мне довелось изучить сотни наградных документов. Но такой, в котором говорилось о… любви к работе, увидела впервые. Вот что я прочитала в представлении к награде:

«За время работы в школе с 1941 г. в должности инструктора-летчика показал себя дисциплинированным, требовательным к себе и подчиненным. К работе относится добросовестно и выполняет ее с любовью. Курсантов обучает методически правильно. За период Отечественной войны, работая инструктором, подготовил 41 человек с оценкой: отлично – 32 человека и на хорошо – 9 человек. В марте м-це 1944 г. назначен на должность командира звена, с которой справляется хорошо. Его звено выпустило в 1944 г. 56 человек с оценкой: 41 чел. отлично и 15 чел. хорошо, без летных происшествий, сэкономило бензина 2274 кг. Летных происшествий личных и в звене не имел. Летает на с-тах: У-2, Ут-2, Р-5. Техника пилотирования отличная. Имеет общий налет 1560 часов.

За умелое руководство звеном по обучению летных кадров и выполнение летного плана в 1944 г. без летных происшествий, лейтенант Россихин, согласно приказа НКО № 403 достоин Правительственной награды ордена «Красная Звезда».

Это представление к награде от 19 ноября 1944 года. Впереди еще были победный май, война с Японией. И новые ученики…

В семье бережно хранят награды и документы героя. В летной книжке командира корабля ст. лейтенанта Россихина читаем: «Итого за 1942 год полетов 2379, время 655 час. 47 м.», «Итого за 1943 год полетов 1118, время 395 час.03 м.» В 1944-м – 980 полетов, более 250 часов в воздухе; в 1945-м – 440 полетов, более 130 часов…

«То взлет, то посадка…» – и так за четыре года несколько тысяч раз! Получается, наш герой в общей сложности провел более двух месяцев в небе… Нам трудно понять, насколько это много.

– Для него это нормально, – резюмировал известный исследователь истории авиации Пётр Заика. – Я бы сказал, такой «налет» был и у всех его коллег-инструкторов школ первоначального обучения. А там взлет-посадка каждые 15–20 минут…

***

– Родители были очень красивой парой, – вспоминает Ольга Журавлёва. – Папа – замечательный, остроумный. Для меня как наказание было просто услышать слова: «Папе расскажу!» Видела я его нечасто: он пропадал на службе днем и ночью. Она, служба, стояла на первом месте. Офицерские жены были командирами в семье, мама моя до сих пор всё по дому сама умеет. Это было крепкое поколение…

Окончил службу Россихин в 1976-м. К наградам военного времени прибавились и другие. Потомки гордятся: вторую «Красную Звезду» – из рук министра обороны республики! – он получил в Польше за разминирование большой авиабомбы. Многое о Георгии Россихине пока не дано узнать даже его родным, ибо служебная информация до сих пор закрыта. После выхода на пенсию герой жил в Белоруссии, похоронен в Минске.

Пока верстался номер, стало известно, что в семье Россихиных был не один герой. Старшая сестра летчика Галина Иннокентьевна Россихина попала на фронт в 1942-м после окончания Томского мединститута. Работала врачом в госпиталях, была удостоена ордена Отечественной войны II степени, ордена Красной Звезды, медали «За боевые заслуги», медали «За победу над Японией». В запас уволилась в декабре 1946-го, жила в Барнауле.

Потомки Георгия Россихина из-за заграничных командировок героя потеряли связь с родными на Алтае. Обращаемся к нашим читателям: если вы знакомы с членами семей сестер Россихиных, Галины Иннокентьевны и Нины Иннокентьевны, свяжитесь с редакцией.

В тему

Далеко от линии фронта наш герой не однажды рисковал жизнью. Об этом – один эпизод его воспоминаний.

Тренировка на высоте

Однажды меня послали на завод за новыми самолетами. Мы приехали. А там – проблема. Готовые самолеты есть, но в полете они еще не опробованы.

Я подрядился сам облетать самолеты для своей группы.

Взлетаю на первом. Оторвался от земли и чувствую: самолет перестает слушаться. Что может быть страшней для летчика, чем машина, которая не поддается управлению?

Устанавливаю штурвал на подъем вверх, а самолет – наоборот – стремится к земле. Убираю левый крен, а самолет еще больше заваливается влево. У летчиков есть такое правило: если машина не слушается, рекомендуется поставить рули нейтрально. Делаю как положено. Набираю высоту. Прыгать с парашютом пока что низко. А самолет явно не поддается управлению.

Вот поднабрались метры. Начинаю действовать смелей. Главное – разобраться, что с рулями. Неожиданно пришла догадка: рулевые тяги присоединены наоборот! Подаешь штурвал от себя – вместо пикирования самолет задирает нос…

Тяжело летчику, когда рули действуют необычно. В полете же нужно мгновенно реагировать на изменение обстановки. А тут приходится сначала подумать, а время идет…

Кажется, наконец освоился. Специально потренировался на высоте, как буду действовать на снижении, чтобы не возникло чего непредвиденного. И пошел на посадку на заводской аэродром!

Приземлился, проверил свою догадку: так и есть. Рули – наоборот!

Зову главного инженера. Он сначала не поверил. Потом очень удивился, что всё счастливо закончилось, пожал мне руку, похвалил…

А после повел меня в сборочный цех, где сходила с конвейера следующая крылатая машина. Пришли. Гляжу на линию сборки, а там одни хлопцы и девчата лет четырнадцати-пятнадцати. Лица серьезные. Даже важные. Заважничаешь тут! Самолеты для Родины делают! Каждый самолет – шаг к Победе!

И подумал я, что всё ж таки нужно было мне самому более внимательно осмотреть самолет на старте. Сам виноват!

Что ж, давай «облетывать» следующие. Остальные испытания прошли успешно.