«Творчество - оно не ради денег...»

00:00, 24 марта 2012г, Культура 2549


Корреспонденты «АП» побывали в гостях у известного в крае и далеко за его пределами аккордеониста, музыканта-виртуоза Юрия Крикуна и поговорили с ним о судьбе инструмента, проблемах искусства и планах мастера на будущее.

- Юрий Леонидович, аккордеон - инструмент не такой популярный, как фортепиано и скрипка, почему вы выбрали именно его?

- Виной тому детские впечатления. Как в детском саду увидел аккордеон, так и захотел на нем играть, пошёл в музыкальную школу. Выбору своему никогда не изменял. На протяжении своей творческой жизни я нахожу все новые и новые грани этого инструмента.

А с тем, что аккордеон непопулярный, я бы не согласился. Аккордеон - инструмент с непростой судьбой... После войны в нашу страну было завезено множество трофейных хорошего качества. Часть баянистов «перестроилась», но советские идеологи сочли это не очень правильным и на аккордеон наложили негласный запрет. Потому инструменту не уделялось должного внимания. Даже высшего образования по этой специальности не было буквально до 80-х годов, в то время как баян (практически аналог, только кнопочный) развивали семимильными шагами. Но где-то во времена перестройки или немного раньше аккордеон «железный занавес» недоверия пробил! И сейчас это довольно популярный инструмент: он присутствует во всех плоскостях музыкальной культуры: есть и классические аккордеонные исполнители, которые уже давно ценятся на международном уровне, есть и эстрадные, лидером которых, несомненно, является Пётр Дранга. Также этот инструмент присутствует в различных ансамблях, рок-группах (не говоря о поп- и джаз-музыке!). Я считаю, что аккордеон всё больше и больше завоёвывает позиции, где-то и с моей помощью тоже.

- Можно ли сказать, что аккордеон - инструмент для людей с хорошим вкусом, не для массового слушателя, а для более искушённого и взыскательного?

- Пожалуй, да. Популярные классические произведения, несомненно, для элитного, подготовленного слушателя. Что касается танцевальной музыки - аргентинского танго, французских вальсов, бразильской самбы - эти вещи находят признание и в массовых кругах.

- Некоторые говорят о «промежуточности» инструмента: якобы он не то орган, не то фортепиано, не то губная гармоника. А по-моему, в этом его достоинство...

- Безусловно, достоинство! Конечно, многие инструменты похожи друг на друга. И в переложении органных произведений аккордеон ближе по звучанию к органу, нежели любой другой инструмент. Возможности его ещё не исчерпаны, в частности, из-за засилья шоу-бизнеса.

- Почему вы все же выбрали стезю музыканта, наверняка зная, что это не самая прибыльная профессия?

- Не особо прибыльным занятием профессия музыканта стала последние 20-25 лет. Когда я выбирал путь, я не думал о деньгах, но в те времена преподаватель даже музыкальной школы был очень авторитетным и обеспеченным человеком. К сожалению, внимание музыкальной культуре в России уделяется недостаточное. В нашем крае оно имеет определённые очертания: ремонт театров, восстановление органа, приобретение концертных роялей отличного качества, но все же творческий человек живёт… скажем, неполноценно из-за недостатка материальных средств, и я как председатель Музыкального союза края не могу не говорить об этом!

Но всё же творчество - оно не ради денег, а ради полных залов и единства исполнителей и слушателей, находящихся по разные стороны сценической рампы, ради оваций, криков «Бис!» и «Браво!». Большей зарядки и подпитки для музыканта не существует!

- Вас называют «властелином аккордеона» - как вы относитесь к этому выражению?

- Любой музыкант является властелином своего инструмента. Буквально после нескольких мероприятий заговорили о Барнауле как об аккордеонной столице не просто Сибири, а даже России. Но это только начало пути, нужно сделать ещё многое.

- Культурную общественность края интересует судьба конкурса «Головокружительный аккордеон».

- Да, это мероприятие имело большой резонанс не только в России, но и далеко за её пределами: на него съехались более сотни профессиональных аккордеонистов! Такого в музыкальном мире ещё не было.

Я делаю всё для того, чтобы «Головокружительный аккордеон» состоялся вновь! Но необходимы финансовые средства: первые два конкурса проходили за счёт меценатов. Пока не удалось найти спонсорскую поддержку.

- В прессе отмечают вашу манеру игры стоя. Почему вы предпочитаете так играть?

- При игре стоя есть определённая физическая нагрузка, ведь инструмент весит 12-16 кг. Но при игре сидя чувствуется некая ограниченность. Аккордеон преимущественно эстрадный инструмент, по крайней мере, в том амплуа, которое я пропагандирую, а эстрадное исполнительство предполагает игру стоя. Свободное перемещение даёт раскрепощённость и эмоциональный контакт, общение со слушателями! Ограничиваться академической игрой сидя совсем неправильно. Зритель должен видеть, что исполнителю легко, а не сопереживать из-за тяжести «аппарата».

- Как учили вас и как учите вы? Есть какой-то особый метод преподавания?

- В музыкальной школе у меня было четыре педагога. По окончании её мне довелось поработать ещё с одним - Юрием Дрангой (народным артистом России, лауреатом всесоюзных и международных конкурсов, профессором Российской академии музыки им. Гнесиных. - Прим. автора). В силу некоторых обстоятельств я остался в родном городе и, не разрывая связей с Дрангой, периодически заезжал на консультации к нему, поэтому считаю его моим учителем.

За лет 20 моей педагогической деятельности у меня было около 20 учеников - это «штучный товар», как и у любого педагога-музыканта. С каждым учеником я прохожу все этапы. Ученики - это часть меня, учить всегда труд, всегда самоотдача! От каждого своего преподавателя я брал лучшее, и теперь этот сплав лучших идей моих педагогов и своих наблюдений я передаю воспитанникам. Среди моих студентов есть ребята, оканчивающие музыкальные заведения с красными дипломами, есть лауреаты различных конкурсов, есть стипендиаты.

- Правда, что вам тяжелее играть в родных стенах, нежели в Европе? Российский слушатель настолько взыскателен?

- Родные стены всегда как экзамен, отчёт. Творить на оценку сложнее. В Европе ты просто заявляешь о себе, хотя приходится завоёвывать публику. Но всё же дома чувствуешь определённую повышенную ответственность.

- Каково, на ваш взгляд, состояние академической музыки в России?

- Мой товарищ Пётр Дранга, сын Юрия Дранги, пару лет назад входил в когорту высоких деятелей академической профессиональной культуры, обратившихся к правительству с ходатайством о необходимости возобновления уроков музыки в общеобразовательной школе - они в настоящий момент сведены практически к нулю. Очевидно, что нужно поднимать музыку на более высокий уровень, для того чтобы наш среднестатистический учащийся школы стал грамотнее и культурнее, чтобы для него умение слушать музыку, разбираться в жанрах было нормальным, обыденным знанием, таким же как математика. В этом случае наполняемость концертных залов увеличится во много раз, а слушатели станут квалифицированнее. Часть из них трансформируется в любителей, ценителей музыки, а некоторые - даже в профессиональных исполнителей. От этого академическая музыка только выиграет! Будем надеяться, что чиновники к ходатайству прислушаются и академическое искусство станет не чуждым массам.

- Что нужно сделать, чтобы отвлечь молодое поколение от телевизора, Интернета и пристрастить к творческим занятиям?

- Нужно больше уделять внимания классическому искусству, более рукотворному, более живому. Когда ребёнок видит, что его учитель музыки живёт, одевается или выглядит в разы хуже его мамы, работающей продавцом на рынке, маловероятно, что у него появится желание заниматься музыкой профессионально. Поэтому нужно поднимать социальный статус профессии для того, чтобы в культуру шли наши дети.

- Какую музыку любите исполнять для души, для себя, для друзей?

- Я не играю музыку, которую не люблю! Это что-то из разряда «любимых и нелюбимых детей»: то, что я исполняю на сцене, то и люблю.

- Кто вы в первую очередь: музыкант, педагог, муж, отец?

- Это всё я! Не могу выделить чего-то главного. Наверное, больше музыкант и педагог хотя бы потому, что дома я бываю намного реже, но для меня семья очень важна! Также я гражданин своей страны - делаю все, что в моих силах, чтобы в музыкальном направлении она преуспела.

- Чего бы вы ещё хотели добиться в жизни?

- Планов много. Но прежде всего хотелось бы поднять статусы аккордеона, профессионального исполнительства и преподавания в России. Делаю это не ради самореализации, а для того, чтобы как-то привлечь внимание к искусству, раскрыть звучание аккордеона в новой музыкальной плоскости.

Марина МОСКАЛЕНКО

Справка «АП»
Юрий Крикун окончил в Барнаульском музыкальном училище класс известного в крае баяниста заслуженного артиста РФ Сергея Клокова. Там же обучался дирижированию у ещё одного именитого музыканта – заслуженного артиста Евгения Борисова. Затем - Новосибирскую государственную консерваторию им. Глинки по классу заслуженного артиста РФ, профессора Геннадия Чернички.
В настоящий момент Юрий Леонидович - преподаватель краевого музыкального колледжа, заведующий секцией аккордеона и баяна музыкальных школ Барнаула, доцент кафедры инструментального исполнительства классического университета, председатель правления Музыкального союза края и руководитель центра и фестиваля «Головокружительный аккордеон».
За высокое исполнительское мастерство, большой вклад в развитие культуры и пропаганду музыкального искусства он был награждён премией Демидовского фонда. Является лауреатом международных конкурсов, премий губернатора края, главы администрации Барнаула.

Новости