Сварено на совесть

00:00, 18 мая 2012г, Общество 2641


Василий Григорьевич Радченко – легенда Алтайского технического университета. Создав его почти с нуля, работал в вузе без малого пятьдесят два года. Лауреат Ленинской премии и четырех орденов Трудового Красного Знамени, основатель научно-педагогической школы в области сварочного производства, он 27 лет возглавлял политех и впоследствии по мере сил передавал свои знания и опыт молодым.

Василий Радченко родился 7 августа 1926 года в селе Вареновка Ростовской области. Был единственным в семье ребенком. Отец работал на железной дороге, мать – домохозяйка, по воспоминаниям родственников, добрейшей души человек. Жили небогато, но и не бедствовали. Дом в те годы выглядел одним из лучших на улице. Учился Василий хорошо. Поскольку в селе не было средней школы, в старших классах доучивался в Таганроге, живя у родственников. Десятилетку закончил на «отлично», подавал большие надежды. Но время было тяжелое, военное, поэтому пошел работать на завод учеником слесаря. Все же через год, осенью 1944-го, поступил в Ростов-на-Дону институт сельскохозяйственного машиностроения на сварочное производство. Окончил его также с отличием и вернулся в 1949 году в Таганрог. Устроился на завод «Красный котельщик» старшим мастером. Быстро пошагал по карьерной лестнице, уже через несколько лет заняв должность заместителя главного инженера.

Новаторская идея – в производство

На этом же предприятии Василий Радченко начал свой путь ученого под руководством академика Евгения Патона, который знаменит тем, что перед войной разработал автоматическую сварку под слоем флюса. Новая технология позволяла сваривать толстенные листы танковой брони. При этом прочность шва практически не отличалась от прочности самого листа. В начале войны немецкие танки имели клёпаную башню, которая не выдерживала прямого попадания бронебойного снаряда даже небольшого калибра. А с нашей могли справиться только мощные вражеские зенитки.

Позднее группа Евгения Патона предложила более совершенный способ сваривания толстостенной стали - электрошлаковый. Он давал возможность соединять листы еще большей толщины, используя не горение дуги, а плавление флюса под действием электрического тока. При сварке шел практически металлургический процесс. До такого никто в мире еще не мог додуматься. За разработку и внедрения электрошлаковой сварки пять человек из группы Евгения Патона были удостоены высшей на то время премии – Ленинской. В их числе и Василий Радченко.

Уже было послевоенное время, требовалось восстанавливать промышленность, строить мощные ТЭЦ. И электрошлаковый метод стали применять при изготовлении корпусов энергетических котлов, имеющих толщину до 150 миллиметров. Будучи главным инженером Барнаульского котельного завода, Радченко занимался внедрением новаторской идеи в производство.

Как строился политех

В августе 1956 года Радченко перевели в управление машиностроения Алтайского Совнархоза. Там уже был другой масштаб задач, а должность все та же техническая - главный инженер. Но ровно через год, как тогда говорили, партия заметила молодого деятельного руководителя и предложила ему возглавить главный вуз края, только что получивший название Алтайский политехнический институт.

К тому времени на пустыре площадью 14 гектаров, именуемом в народе Дунькиной рощей, только началось строительство двух учебных корпусов и двух общежитий. А когда Радченко в 1987 году покинул пост ректора, на этом месте было два десятка зданий общей площадью более 100 тыс. кв. м. Кроме учебных корпусов, оснащенных современным оборудованием, и пяти общежитий у политеха имелись санаторий-профилакторий, крытый легкоатлетический манеж, студенческое кафе, спортивно-оздоровительный лагерь «Крона» в селе Бобровка.

Радченко удалось убедить руководство крайкома партии, крайисполкома, чтобы целый квартал отдали вузу под комплексную застройку. Время показало, насколько это было правильное решение. Сегодня почти все университетские корпуса соединены переходами. Это особенно удобно зимой: добежал из общежития до ближайшего корпуса и пошел в тепле в нужную тебе аудиторию хоть на другой конец квартала. Студенты барнаульских вузов в этом плане завидуют политеховцам.

При Радченко АПИ из провинциального института и по численности, и по количеству специальностей стал одним из ведущих вузов Сибири.

Сегодня трудно понять, как ректор смог добиться таких успехов. Вряд ли он имел волосатую руку в Госстрое и Госплане. Но ему удавалось выбивать фонды, опережая коллег из других вузов края.

- Потому что главная черта характера Василия Григорьевича – нацеленность на конечный результат. Это прослеживается по всей его жизни, - считает вице-губернатор края Виталий Ряполов. - Методы руководства он перенял у своего учителя академика Патона. Тот избегал лишней опеки, стимулируя инициативу, но и помогал советом, если подчиненные, решая задачу, зашли в тупик.

Все работающие с ним рядом признают в Радченко чутье, его талант политика, умеющего использовать когда надо административный ресурс.

- Он подходил к кадровому вопросу в вузе как производственник, понимая, что без квалифицированных специалистов предприятие хорошо не сможет работать. Стал приглашать из других регионов перспективных ученых, добиваясь для них хорошего заработка и жилья. Таким образом, в политехе стали формироваться научные школы в области автомобилестроения, строительства, энергетики, - рассказывает нынешний ректор Алтайского технического университета Олег Хомутов.

За время работы Радченко на посту ректора количество кандидатов и докторов наук увеличилось в несколько раз. Вуз был оснащен новым научным оборудованием, внедрена первая среди технических институтов страны автоматизированная система приема вступительных экзаменов. Это сегодня без информационных технологий трудно представить жизнь, а еще 35 лет назад компьютеры мало кто из простых людей видел. Между тем в политехе уже тогда имелся свой мощный вычислительный центр.

Являясь еще и заведующим кафедрой «Оборудование и технология сварочного производства», Василий Григорьевич сумел организовать не только научную работу, создав несколько научно-производственных лабораторий, но и инновационный процесс. Новые технологии ученых внедрялись на Барнаульском и Бийском котельных заводах, «Алтайвагоне», других предприятиях.

Энергии – через край

- Эти годы я считаю лучшими в моей жизни, самыми созидательными,- признавался потом Василий Григорьевич. – Энергии было через край.

Иногда она проявлялась своеобразным образом. Инженер кафедры Надежда Клюева вспоминает, как однажды зимой готовили площадку возле главного корпуса под памятник Ивану Ползунову, имя которого носит вуз. Радченко из окна своего кабинета увидел, что рабочие взялись выкорчевывать елки на месте будущего постамента. Он выбежал без верхней одежды и заставил деревья аккуратно пересаживать в стороне. В итоге вырубали мерзлый грунт, перетаскивали ели, но ни одна не погибла.

Олег Хомутов вспомнил еще один маленький эпизод, раскрывающий характер Василия Григорьевича. Много лет назад Хомутов искал деньги, чтобы издать научную монографию. Наконец ему пообещали нужную сумму в крайсовпрофе, но решение должен был утвердить совет.

- Я подготовился к совету, стою в вестибюле, жду, когда пригласят, - повествует Хомутов. - Тут выясняется, что все ждут приезда Василия Григорьевича, который, оказывается, председатель совета. У меня настроение почему-то сразу упало.

Вдруг подлетает черная «Волга», из нее появляется Радченко и решительным шагом, как Ильич в фильме «Ленин в октябре», забегает на второй этаж. Срывает так же решительно с головы шапку, причем не демонстративно, а так у него всегда получается. Подходит ко мне и, не обращая внимания на мою протянутую руку, строго спрашивает: «Ты что тут делаешь?» - «Так вот, тут совет…». - «Какой совет?! Ты должен сейчас стоять у доски с мелом, студентам тему объяснять!»

И он мне минут десять рассказывал, где я должен сейчас быть.

Я думаю: «Что же делать? Уйти? Но мой вопрос рассматривать будут. Да и ни на каких занятиях я не должен быть. Я вообще в то время лекции не читал, а учился в докторантуре в Челябинске. Подхожу к секретарю комиссии посоветоваться. Тот говорит: «Что-то настроение сегодня у Василия Григорьевича плохое, но, может, все обойдется».

Доходит очередь до моего вопроса. Я начинаю презентацию, представляю отзывы, рекомендации к опубликованию. Тут Радченко обрывает: «Стоп. Кто подписал?» - «Доктор, профессор проректор Иркутского университета…» - «Проректор?! Знаю я этих проректоров! Они никогда ничего сами не пишут, заставляя аспирантов или ассистентов. Да я лично буду читать эту книгу!».

Думаю: «Ну слава богу, читай».

Олег Хомутов учился в одном классе и дружил со старшим сыном Василия Григорьевича - Сергеем (ныне покойным). Сергей достаточно рано женился, и свадьбу молодые гуляли на квартире.

- Помню, Василий Григорьевич посидел за столом недолго и ушел к себе в кабинет, - рассказывает Олег Хомутов. - Я спрашиваю у Сергея, чего, мол, твой батя так быстро ушел. По нашим представлениям, если у сына свадьба, то, как говорится, открывай да наливай. А Сергей засмущался: «Нет, нет, отцу некогда, он много работает». Сергей рассказывал, что Василий Григорьевич по ночам пишет статьи и, поспав два часа, идет на работу.

Трудно поверить, что можно было выдержать такой ритм жизни. Тем не менее на счету Василия Радченко более 400 научных и методических работ, 16 авторских свидетельств на изобретение и патентов Российской Федерации. А свои диссертации он защитил только в 58 лет. Научный труд оказался настолько глубоким, что диссертационный совет разрешил его же представить и на соискание ученой степени доктора технических наук, причем сразу по двум специальностям: «Металлургия металлов высокой чистоты и прецизионных сплавов» и «Технология и машины сварочного производства».

Преподавательская стезя

Покинув в 1987 году пост ректора, Радченко переживал бездействие, оставшись без масштабных задач. Новому руководителю вуза Владимиру Евстигнееву хватило мудрости не оттолкнуть предшественника, назначив его своим советником. Кроме того, за Василием Григорьевичем сохранилась должность заведующего кафедрой. (Только недавно на этом посту его сменил младший сын Михаил). Но и в рамках кафедры Радченко-старший продолжал действовать. В начале 90-х, когда престиж инженерных профессий стал резко падать, Василий Григорьевич предложил сменить название кафедры и соответственно специализацию, сделав упор на подготовку инженеров для предприятий малого бизнеса. Переориентация кафедры подняла ее рейтинг среди абитуриентов. Много ребят пошли учиться, чтобы освоить премудрости электронно-лучевой, лазерной, контактной, полуавтоматической сварки в среде инертных газов.

Меньшая административная нагрузка позволяла Василию Григорьевичу больше времени уделять педагогической работе.

Кто учился в вузе, знает, что к одному преподавателю ходят с удовольствием на лекции, а к другому только потому, что тот следит за посещаемостью. Так вот Радченко относится к первому типу. Приводя теоретические выкладки, он непременно вспомнит случай из практики, который запомнится будущему инженеру на всю жизнь…

- Помню (а дело было лет сорок назад), на лекции по технологии производства сварочных конструкций он объяснял нам, как правильно крепить в стропах лист металла, - рассказывает Виталий Ряполов. - Начертил схему, а потом привел случай, как на котельном заводе крановщик и стропальщик нарушили правила крепления, огромный лист качнулся и покалечил рабочего. Такая лекция запоминается на всю жизнь.

Последнее время, когда позволяло здоровье, Василий Григорьевич продолжал преподавать. Он читал стартовый курс «Введение в специальность». И, как говорит заместитель завкафедрой Михаил Сейдуров, по-прежнему старался прививать любовь к специальности на житейских примерах. В своей работе использовал современный материал, видео. Он свободно владел компьютером, переписывался с коллегами по электронной почте.

Доцент кафедры Александр Иванайский вспоминает: «Василий Григорьевич как-то сидит за компьютером, рядом бутылку Fanta поставил, почту проверяет и слушает новый сингл Мадонны. А поскольку он недослышит, то музыка гремит. В это время заходит декан и делает большие глаза…»

Олег Хомутов продолжает:

- Еще пару лет назад он приходил ко мне в кабинет первого проректора как ректор и, стукнув по столу кулаком, говорил: «Это до каких пор будет продолжаться! Это надо решить!» И я его поведение воспринимал нормально. Дожив до 58 лет, я чувствовал себя перед ним мальчишкой. Придет Василий Григорьевич и звезданет по столу… Часто мне от него доставалось. Казалось бы, есть на что обижаться. Исключено. У меня к нему всегда было отношение как к руководителю и учителю.

Сноха Василия Григорьевича Татьяна добавляет:

- Свёкор он замечательный. Когда мы только поженились и стали жить у родителей мужа, я не знала, как их называть. Стеснялась звать, как тогда было принято, мамой и папой.

Свекровь говорит: «Мне все равно. Зови меня Еленой Петровной», а Василий Григорьевич сказал как отрезал: «Нет, под одной крышей живем, зови меня папой».

Оба сына Радченко пошли по его стопам. И внуки получили профессию технолога сварочного производства под влиянием деда.

- Они его уважали и слушали, - говорит Татьяна Борисовна.

Руководители старой закалки, все силы и душу отдавшие работе, живут ею до последнего.

Работа придает им силы, наполняет смыслом существование.

- Бывает, прибаливает Василий Григорьевич, - делится подробностями Татьяна Борисовна, - еле-еле встанет, но все равно идет на работу и как будто выздоровел...

P.S. Когда материал готовился к печати, Василий Григорьевич был тяжело болен. 13 мая его не стало…

Справка «АП»
Василий Радченко - доктор технических наук, профессор, академик Международной академии наук высшей школы, член-корреспондент Академии инженерных наук РФ, лауреат Ленинской премии в области науки и техники, заслуженный деятель науки и техники Российской Федерации, почетный гражданин города Барнаула, почетный работник высшего образования России, лауреат премии Академии наук высшей школы России, кавалер ордена «За заслуги перед Алтайским краем» II степени.

Новости