Кулунда живёт надеждой

00:00, 31 мая 2012г, Общество 1809


Генеральный директор бывшего совхоза, а ныне ООО «Мирабилитское» Виктор Викторович Фишер ложится спать и просыпается с одной мыслью: будет ли сегодня дождь?

За всю нынешнюю весну в Кулунде выпало всего семь миллиметров осадков. Сев еще не закончился, а не успевшая вырасти трава уже пожелтела. Но сеять все равно надо.

Кулунда – это особая часть Алтая. Воспевший ее поэт Иван Фролов восторженно писал: «Здесь встанешь и видишь на сто километров, полсотни – туда и полсотни – сюда». Дух захватывает. Но Фишеру не до восторгов. Он мечтает о том, когда ежегодный средний урожай в его хозяйстве будет не меньше восьми центнеров с гектара.

- Какой же это урожай, – удивляюсь я, - если средний сбор зерна по краю в два раза больше? А лучшие хозяйства убирают и по 40 центнеров с гектара.

- Зато какая у нас пшеница! - отвечает Фишер. - Вы пробовали наш хлеб? Хорошая булка мягче пуховой подушки...

Фишер пришел в «Мирабилитское» в 2005 году, когда хозяйство дышало на ладан. В некогда процветающем, одном из крупнейших совхозов Кулунды осталось всего около четырехсот голов крупного рогатого скота. Коровы, словно козы, давали по полтора литра молока в сутки. В развале хозяйства легче всего было бы обвинить предшественников или возникшие в стране новые порядки, но он не стал этого делать. Поехал по друзьям, знакомым, просил помочь кормами. Личные отношения всегда много значат в жизни, а в деревне - особенно. Друзья помогли. На его стороне была также полная моральная поддержка администрации района и управления сельского хозяйства. И понемногу дела начали выправляться.

Сегодня в хозяйстве 1900 голов крупного рогатого скота. Суточный надой от коровы – 13 литров. Лучшие доярки получают по десять и более тысяч рублей в месяц. Может, это и не так много, но по сравнению с тем, что было, такая зарплата некоторым до сих пор кажется чем-то нереальным.

- Пойдемте, посмотрим нашу животноводческую ферму, - предложил Фишер.

Утренняя дойка уже закончилась, в доильном отделении была только заведующая фермой Нина Мотылюк. Она следила за тем, как молоко по шлангу перекачивается в стоящий за стеной молоковоз. На ферме и вокруг нее удивительно чисто. В двух боксах, в каждом из которых по десять доильных установок, нет даже запаха только что ушедших отсюда коров. Когда я сказал об этом заведующей, она ответила:

- Коровы у нас стоят в очередь на дойку. Это говорит о том, что им здесь нравится. А раз нравится, значит, и молока дают больше.

Недалеко от этой фермы стоит здание другой. В нем нет скота, оно частично разрушено.

- В этом году отремонтируем и его, - сказал Фишер. - На все сразу не хватает ни сил, ни средств. Но, как видите, мы уже далеко продвинулись вперед. Это главное.

Кроме «Мирабилитского», где развивается молочное животноводство, в хозяйстве имеется еще одно отделение – Каракульское. На нем выращивают скот мясной породы.

- Мы разводим там герефордов, - сказал Фишер. – Для нас это самая подходящая порода. А о вкусе такого мяса и говорить не приходится.

- А как у вас с людьми? - спросил я. - Многие хозяйства жалуются сейчас на нехватку квалифицированных кадров.

- Человек всегда должен чувствовать перспективу, - ответил Фишер. - Когда она есть, никто не тронется с насиженного места...

И Виктор Викторович рассказал историю молодого тракториста Саши Ульриха. Его отец всю жизнь работал и до сих пор работает в хозяйстве механизатором. Саша же после окончания средней школы уехал в Новосибирск. Там устроился, начал неплохо зарабатывать. Но как только приезжал в родное село – сразу к отцу на трактор. Каждый день ходит на машинный двор как на службу. И вот однажды старший Ульрих приходит к директору и говорит:

- Возьми Саньку на работу.

- Я дал ему старенький «Беларус», другого не было, - говорит Фишер. - Он его отремонтировал. В прошлом году мы купили ему новый трактор. И парень очень доволен, и мы тоже. Молодые механизаторы нам нужны.

Может показаться странным, но в хозяйстве у Виктора Викторовича Фишера нет безработных. Он обеспечивает работой всех. Иногда в ущерб экономике не покупает новую высокопроизводительную технику. Хорошо понимает, что в селе не может быть богатым только один человек. Неравенство унижает и озлобляет людей. А единственный источник дохода здесь труд. Поэтому работу должны иметь все.

Уже потом, в конторе, мы говорили и о личных подсобных хозяйствах крестьян. О том, насколько они помогают людям выжить в сегодняшней ситуации.

- Каждая семья держит в своем дворе какую-то скотину, - сказал Фишер. - Но никто не хочет быть единоличником. Единоличник не знает ни сна, ни отдыха, у него нет ни выходных, ни отпусков. Это адский труд. Особенно у нас, где вся инфраструктура создавалась под крупнотоварное сельскохозяйственное производство. Единоличник не в состоянии конкурировать с таким производством. Нужно думать не о единоличнике, а о том, как восстановить коллективные крупнотоварные хозяйства. Действовала бы сейчас Кулундинская оросительная система, которую разрушили в лихие девяностые, мы были бы избавлены от многих проблем…

Фишер посмотрел в окно, тяжело вздохнул и сказал, пожав плечами: -Дождя-то до сих пор нет. Но мы живем надеждой. И сами работаем не покладая рук.

А я подумал о том, как много в жизни людей зависит от одного человека, особенно если он руководитель. Столько деревень перестало существовать, а «Мирабилитское» живет и развивается. Люди верят Фишеру, а он верит людям. А когда есть такое единство, даже самые сложные проблемы решаются намного легче.

Станислав ВТОРУШИН.
Кулунда.

Новости