Строй не покидаем

Корреспонденты «АП» побывали в гостях у ветеранов

00:00, 05 мая 2012г, Общество 2436


Из почти трехсот жильцов дома-интерната для ветеранов войны и труда фронтовиков – всего девятнадцать. Конечно, приехать к ним в гости с пустыми руками мы не могли, привезли с собой небольшие подарки: конфеты - пусть будет сладко старикам, защитившим нашу Родину. Нас ждали. В читальном зале накрыли стол с самоваром. Ветераны - в парадных мундирах, с орденами и медалями. Говорят, не каждый день к нам такие гости приезжают. Хотя тут же и признаются: еще как приезжают – с концертами, поздравлениями, со стихами и песнями!

Директор дома-интерната Дмитрий Шевчук рассказывает:

- Ветеранов у меня осталось не много. Я говорю «у меня», потому что они мне все как родные. Мужики боевые. Сами не засиживаются и другим не дают. Ездят на выставки, в театры, в музеи. Их уже везде узнают.

Один из активистов - Павел Ермилович Большаков рассказывает:

- Воевать недолго пришлось. На передовой был всего месяц. Потом по состоянию здоровья дали «нестроевую», на фронт больше не попал. После госпиталя из нестроевиков сформировали отдельный батальон по охране военнопленных. Там я и служил до 1946 года. А потом военкомат выдал мне предписание на работу по охране заключенных в Свердловской области. Я-то собрался домой, но мне дали понять: самовольно уеду - буду считаться дезертиром. И я проработал еще полгода. У меня два сына от разных матерей. Первая жена трагически погибла, когда старшему было пять лет. Я работал, а он оставался у одной знакомой бабушки.

Однажды на практику в железнодорожное депо, где работал Павел Ермилович, приехали студенты-практиканты из харьковского училища. Среди них его сынишка нашел себе вторую маму. Павел женился, у него родился второй сын, и семья переехала на Алтай.

- Я работал машинистом электровозов, - говорит Павел Большаков. - А когда пошел на пенсию, решил ехать в деревню, устал от шума машин. Но жена не захотела. Разошлись. Оставив ей и сыну квартиру, один начал восстанавливать себе домик. Жил там, пока не приехали «должники» из Барнаула - продают квартиры, чтобы с долгами рассчитаться, а на остаток покупают абы какое жилье в деревне. Стали клянчить деньги на выпивку, и я решил оттуда уехать.

Вначале он получил путевку в Центральный дом-интернат. Но там живет много молодых инвалидов. А ветерану очень хотелось, чтобы рядом были близкие по возрасту и духу люди.

Павел Ермилович – председатель совета ветеранов дома-интерната. Собирает всех на различные мероприятия. Считает, что просто так лежать нельзя – надо чем-то заниматься. Купил себе удобную лопату, зимой чистит дорожки, летом - благоустройство ставшего теперь родным дома. Сейчас занят подсчетом необходимых материалов для ремонта дорожек, перекрытия крыш на беседках.

Василию Андреевичу Сигунцову скоро исполнится 85 лет. Когда умерла жена, его позвал к себе в город один из сыновей.

- Но я не городской, - рассказывает. - А приехал к сыну, оказалось, что жить предстоит на девятом этаже. Все работают, утром закрывают меня, и я сижу один до вечера. Как в тюрьме. И тогда я сказал: «Сынок, я так не могу, определяй меня в интернат». Мне здесь лучше. Жалко только, что жена умерла молодая, всего 75 лет ей было.

Василия Сигунцова призвали в армию семнадцатилетним. Семь лет он отслужил на Дальнем Востоке. Рассказывает:

- Призвали в ноябре. Жили мы за Ребрихой. Два дня на лошадях нас везли до Барнаула. Холодно было. Переночевали в клубе ВРЗ на полу, а наутро нас погрузили в эшелоны и отправили в Бийск. Там я попал в школу сержантского состава. Прослужили зиму, весной - на Дальний Восток. Там стали распределять по частям и меня забрали в артиллерию крупного калибра. Оружие наше было 203-миллиметровая гаубица. Снаряд - во какой! Таскали втроем, вдвоем не донести – где-то 100 килограммов он весит да мешок пороха. Там дотов много было, мы своими снарядами эти доты уничтожали. После демобилизации поступил работать в финансовые органы и проработал там 40 лет. Даже медаль получил за долгую службу.

Здесь я два года уже. Сын-барнаулец навещает каждую неделю, привозит мне чистое белье, грязное забирает. Тот, что в Новосибирске, приезжает реже, потому что далеко. Я очень доволен. В интернате народ хороший. Я тут с женщиной славной познакомился, мы на Обь ходили и в лес, ягоды собирали, грибы. Сейчас, правда, приболела она… Да и я недавно ногу повредил. Но зато ко мне приходят мужики: «Давай сыграем в шахматы?» Я хоть до армии ещё шахматами увлекся, но не всегда выигрываю (смеется).

Анатолий Наумович Гончаров служил в артиллерии на Втором Украинском фронте. Киев, Житомир, Львов… Закончил войну в Праге в Чехословакии. Награжден двумя медалями «За отвагу» и орденом Красной Звезды. О войне говорить не любит:

- Что там рассказывать? Война как война. То мы деревню займем, то нас оттуда погонят. Так и бегали, пока танки наши не пошли… Контуженый был...

В интернате Анатолий Наумович Гончаров уже 12 лет.

- После смерти жены сначала приехал к дочери жить в Барнаул, но через два месяца понял – ни им, ни мне не в радость, - вспоминает он свою ветеранскую историю. - Пришел сюда, а здесь так хорошо! Играю в шахматы, смотрю футбол по телевизору… Дочка Таня – молодец, ходит каждый день, приносит свежие продукты и все, что закажу. Врачи внимательные здесь, помогают, объясняют, таблетки дают какие надо. Мне тут даже разрешили понемножку коньячок! Дома, думаю, уже давно бы помер, а тут еще поживу.

 

Анна БОДАГОВА

Новости