Перед большими боями: как на Алтае формировались партизанские армии

17:32, 28 июня 2019г, Общество 913


После удачного наступления Колчака весной 1919-го, когда белые вышли к Волге и угрожали Казани,  войска красного полководца Фрунзе сумели заставить их попятиться, а затем начались ожесточенные бои за Урал. Летом 1919-го на уральских хребтах решалась судьба Сибири: останется ли она белой, или к нам на Алтай вновь вернется советская власть.

Риторический вопрос

Один из героев романа «Усобица», написанного журналистом «АП» Константином Сомовым, доктор Поляков в декабре 1918 года говорит так:

«Нынешнее состояние нашего организма, то бишь зауральского царства Колчака, только кажется относительно стабильным. Среди пришедших с германской войны крестьян очень много людей с надломленной психикой. С полей да покосов, от природной благодати зашвырни человека в окоп, а сверху на него снарядами, бомбами с аэропланов, газами его, сердечного... Каково будет человеку, каким он из такого ада вернется?.. Вопрос, понятное дело, риторический.

И люди эти, душевнобольные, нервные люди, попали не в госпитали, а вернулись домой. Пока зима, они сидят по хатам и отыгрываются на своих бабах. Придет весна – вся эта привыкшая к вседозволенности масса дезертиров, которые ненавидят все и вся, и в особенности тех, кто вновь хочет отправить их на войну, начнет сколачиваться в банды. Одни – в идейные формирования, другие – в не обремененные лозунгами шайки, для того чтобы пограбить, а при удачном раскладе и вовсе избавиться от власти, каковую мужик сегодня ненавидит в любом ее проявлении. Без всякого сомнения, найдутся и лидеры. Людей, не боящихся ни Бога, ни черта и к тому же наделенных природными задатками вожаков, в сибирском селе тоже хватает. Ведь кто в ней в массе своей проживает, в нашей Алтайской губернии? В абсолютном большинстве своем это недавние переселенцы из Центральной России и Малороссии, своего рода майн-ридовские пионеры Техаса. Люди, по самой сути своей склонные к рискованным предприятиям. Таких в смутные времена стоит бояться любой власти, и они еще заставят ее это делать».

Слова этого героя романа начали находить себе подтверждение уже в первые месяцы весны 1919 года. Зиминское восстание, легендарный Солоновский бой Ефима Мамонтова, полуфантастический рейд партизанского соединения Григория Рогова из маленького села Жуланиха на Новокузнецк (тогда Кузнецк. – Ред.) и Кемерово (в то время Щегловск. – Ред.) были еще впереди, а пока «вставшие на путь революционной борьбы» наиболее активные из наших селян стали заниматься, по сути, обычным бандитизмом.

«Образовалась разбойничья банда…»

Особый отдел государственной охраны министерства внутренних дел правительства Колчака в сводке за 17 – 24 февраля 1919 года отмечал: «В пределах Барнаульского уезда Мариинской волости образовалась разбойничья банда под предводительством жителя села Жуланиха той же волости Григория Рогова. Банда состоит из 400 конных, 600 пеших, вооружённых 4 пулемётами. Из Барнаула против этой банды выслан отряд с орудием».

В середине мая 1919 года управляющий Алтайской губернией информировал начальника Барнаульской уездной милиции: «По полученным управляющим губернией сведениям, в селе Егорьевском Егорьевской волости Барнаульского уезда 11 апреля появилась со стороны Кольчугино неизвестная банда в 50 человек с двумя пулемётами, называвшая себя карательным отрядом. Пулемётчики стояли у деревни Терехиной. Эта банда производила у населения обыски, стреляла и наводила панику на население, пьянствовала, успокаивала население, говоря, что нас не бойтесь, а бойтесь тех, кто за нами придёт».

10 мая на пристани Легостаевой Барнаульского уезда при отправке парохода с новобранцами известными в районе преступниками велась агитация не идти на службу. Двое милиционеров пытались задержать преступников, но были ими обезоружены, причём один милиционер убит.

12 июля начальник губернского управления государственной охраны доносит в министерство внутренних дел правительства Колчака, что шайка Рогова ограбила волостную кассу, сожгла книги и бумаги, убила нарочного с секретным пакетом. И далее: «Отрядом Рогова зарезаны помощник лесничего и два объездчика, в селе Жуланиха зарезаны три священника и один крестьянин…»

24 июля в уголовном отделе департамента милиции фиксируется факт того, что «шайкой грабителей в числе около 300 человек в селе Тогул Барнаульского уезда разграблены почта, волостная земская управа, лесничество и все местные торговые предприятия».

А что в это время происходит в степной части губернии? Еще 11 мая 1919 года управляющий Алтайской губернией А.П. Строльман сообщает в департамент милиции министерства внутренних дел: «2 мая в районе Дьячихи и Востровой Славгородского уезда появилась вооружённая конная банда, бандитов около 40 человек, обезоружила лесную стражу, напав на волостную земскую управу. Шайка растёт, отбирает у населения лошадей, сёдла, ведёт агитацию на почве большевизма».

7 июня. В Славгородском уезде банда ограбила Ново-Егорьевскую и Титовскую волостные кассы и расстреляла трёх милиционеров.

17 июня. В Славгородском уезде в Волчихе бандой разбойников убиты лесничий и объездчики. Ограблены кассы лесничества и волостной управы.

23 июня. На границах Славгородского и Барнаульского уездов в районе сел Волчиха – Селиверстово вновь появилась банда разбойников, занимающаяся грабежами, убийствами и вообще бесчинством.

К слову сказать, в течение лета 1919 года многие, но далеко не все повстанческие группы, зачастую представляющие из себя обычные банды,  были властями рассеяны и уничтожены, но время властно отсчитывало последние месяцы колчаковской власти в Сибири. Войска адмирала еще не успели превратиться в деморализованное воинство, это произойдет чуть позже, лучшие его части по-прежнему ведут упорные бои с большевиками. Но тыл Колчака на Алтае рушится уже основательно. Постоянные поборы, мобилизация молодежи в колчаковскую армию, карательные отряды, утихомиривавшие недовольных,  делали свое дело.

В августе 1919 года партизанское движение на Алтае стало приобретать массовый характер. Небольшие партизанские отряды стали пополняться как добровольцами, так и мобилизованными крестьянами, в результате чего сформировались партизанские армии. Это был уже следующий, ставший завершающим этап борьбы алтайского крестьянства с режимом адмирала Колчака.

*   *   *

Революционеры по складу характера

Отношение алтайских крестьян к революционной борьбе (а сельских жителей в начале ХХ века на Алтае было более 80% от общей численности населения), как правило, носило чисто практический характер. Так, еще в годы Первой русской революции оно выразилось в массовой самовольной порубке лесов. 

Поскольку на многих сельских сходах было определено, что теперь ни леса, ни земли Кабинету Его Величества не принадлежат более, «лесом можно пользоваться бесплатно, кому и где вздумается». Здесь стоит добавить, что доступ в ленточные боры для крестьян фактически был закрыт. За все, включая сбор грибов и ягод, полагалось платить, нельзя было пользоваться даже валежником.

5 марта 1906 года временно исполняющий обязанности начальника Алтайского округа писал управляющему Кабинетом царя, что «постоянная лесная стража оказалась не в силах остановить порубки в лесных дачах. Летучие же отряды конной стражи хотя и останавливали порубку там, куда появлялись, но всюду одновременно поспевать не могли, так как беспорядки быстро росли. Ни волостная, ни земская полиция не показывалась на помощь: без войска она ничего сделать не могла. В одной Барнаульской лесной даче приблизительно насчитывается вырубленного леса 11 тысяч корней… Приблизительно то же самое наблюдалось и в Павловском имении».

Когда же власти пытались изымать уже срубленный и вывезенный крестьянами по своим усадьбам лес, дело доходило до открытых столкновений со значительным числом жертв. В брошюре «Крестьянские волнения в Алтайском округе 1905 – 1907», изданной «Алтайкрайиздатом» в 1951 году, можно прочесть, что «в селе Гилев-Лог Барнаульского уезда 6 – 10 марта 1906 года 2000 крестьян, вооружившись огнестрельным оружием и кольями, вступили в бой с вооруженными отрядами полиции и «охотников» (добровольные помощники властей в подавлении беспорядков. – Ред.) и выгнали их из села».

В январе 1907 года еще в одном районе массовых лесных порубок – селе Завьялово крестьянами было оказано упорное вооруженное сопротивление чинам полиции, отряду казаков и охотничьей команде. Так что боевой пыл, который при желании можно было именовать и революционным, значительной части алтайских крестьян был присущ еще до событий 1918 – 1919 годов, когда на территории теперь уже Алтайской губернии он проявился наиболее ярко и массово. Как писала в номере за 25 января 1907 года вольнолюбивая газета «Барнаульский листок»: «Пусть переведается крестьянин со своим вековым врагом. Русский народ освободился от татарского и французского нашествия. Он освободит себя и от «отцов-благодетелей». 

Виктор ХМЕЛЕВ.

Стиль и орфография приведенных документов сохранены.