Жители Алтайского края жалуются на проблемы «мусорной реформы»

06:00, 06 июля 2020г, Экономика 1222



Фото Евгений НАЛИМОВ

Когда она начиналась, всем нам казалось, что бодрый слоган «Мусорная реформа шагает по стране» легко и быстро войдет в жизнь. Прошло полтора года – и, увы, в каждой из наших командировок по краю жители рассказывают о проб­лемах реализации новой схемы утилизации ТКО и отношениях с регоператором. Не избежал этой участи и Алейский район.

«А зачем?»

Все, что горит, – в печку, органику – в огород, остальное – на задворки, чтобы потом, как накопится побольше, нанять машину и вывезти на свалку. Такая крестьянская схема сортировки бытовых отходов действовала десятилетиями и всех всегда устраивала. У жителей Большепанюшево, например, есть за селом огромный овраг, который с начала восьмидесятых используется как полигон ТБО.

До него минут пять полевой дорогой. Удобно, на первый взгляд: привез, вывалил, свободен. О том, что объект где-то очень близко, мы определяем уже привычно по безошибочным признакам любой свалки: усыпанным мусором подъездным путям и «труженикам», выискивающим то, что может представлять хоть какую-то ценность. «Бомжики», – разводит руками глава Большепанюшевского сельсовета Александр Кучкин.

За сорок лет овраг не заполнился и наполовину. И когда в селе установили 19 контейнеров – на Центральной, например, одной из самых длинных улиц, их четыре, через каждые 250 метров – самым частым вопросом здесь стал «а зачем?»

С этой дилеммой Алейский район столкнулся лишь сейчас, потому что немного позже других муниципалитетов вошел в программу. В пяти его сельсоветах только начинает работать регоператор – предприятие «Спецобслуживание-Центральное».

Сельский парадокс 

К теме повсеместной установки контейнеров у Александра Кучкина компромиссное отношение:

– Мы и без них спокойно жили, но, раз положено по закону, поставили. Удобны ли они будут в обращении, пока не знаем, регоператор только начинает работать на территории сельсовета. Надо попробовать, тогда оценим. Но вопросы есть уже сейчас. Да, бестарный вариант неидеален, тем более что люди часто не довозят мусор до свалки, бросают где придется, захламленной оказывается вся окружающая территория. По уму, нужна сортировка мусора, но и регоператор нам ее не обещает. Какой смысл в переменах, если он точно так же, как и мы, просто свезет все из контейнеров в одну кучу. Не думаю, что новая схема сделает жизнь сельчан более удобной. Но при этом теперь они обязаны еще и платить по установленному тарифу, деньги небольшие, менее сотни с человека в месяц, но все же… 

– Александр Николаевич, зато какой груз забот снимается при этом с плеч главы сельсовета!

– Как бы не так. Золу, например, регоператор не берет, ссылаясь на то, что это не коммунальные отходы, – мы сами должны ее вывозить. Так же, как и навоз, и строительный мусор. А кто будет собирать то, что высыпалось из баков, разнеслось ветром да собаками? А если крышка у контейнера, к примеру, сломается? За чей счет ремонт? Все это остается заботой сельсовета. А у нас ни денег, ни кадров, кроме меня, моего зама да водителя. Для бабушек, не спорю, бак за калиткой – это удобство, но в целом нет у жителей единодушия по поводу реформы. Думаю, она выгодна прежде всего самому регоператору. А сельчанам, по большому счету, нет разницы: платить за вывоз мусора или самим нанимать технику.

На территории сельсовета, по словам Кучкина, проживает немногим более пятисот человек, из них четыреста – в Большепанюшево. Стало быть, в прикрепленных к нему малолюдных Новоколпаково, Успеновке и Железнодорожной казарме ситуация еще туманнее. «Полагаю, что в малых селах тариф может быть даже выше, чем в райцентре. Не на себя же регоператор будет брать транспортные издержки», – рассуждает наш визави.

Секрет Полишинеля. В Большепанюшево за два года умерло восемнадцать человек, родилось лишь трое. Такая статистика – в каждом малом селе. Сельские демографические подвижки меняют… и состав «производимого» мусора. Люди почти перестали держать хозяйство, сельское стадо уменьшилось с 257 до 70 голов КРС, а это значит  – больше теперь покупают в магазинах мясной и молочной продукции, упакованной в полимерную тару. Плюс много еще какого товара, нужного и не очень, с яркими этикетками и броским оформлением. Вот вам и парадокс: население уменьшается, а потребление растет. 

А здесь поставим бак!

Заместитель главы администрации Алейского района по оперативным вопросам Евгений Половинкин подтвердил: муниципалитет вошел в программу позже многих других территорий. На первом этапе, в 2019 году, на средства бюджетов края и района были приобретены контейнеры. Пока для пяти сельсоветов, в которых проживают 4,5 тысячи человек. Разногласия с регоператором, по словам Евгения Анатольевича, возникли уже тогда.

Стратегия экологичной утилизации отходов столкнулась с исторической данностью, менталитетом сельских жителей, всегда решавших эту проблему самостоятельно. Как – известно всем. В итоге хлама в наших зеленых зонах накопилось столько, что на расчистку Авгиевых конюшен экологам-волонтерам понадобится не одно десятилетие.

– Всех все устраивало. Именно поэтому реформа, которая идет по всей стране, до сельчан доходит в последнюю очередь. Алейский район тому пример. Мы информируем людей, главы сельсоветов работают с населением, но нам ведь предстоит сломать стереотипы, которые складывались десятилетиями. Для нас это, по сути, стартап. Если говорить честно, мы с ним немного опоздали, – констатирует Половинкин.

Итак, задача поставлена. Контейнер – лишь способ ее решения. Сколько таких площадок нужно поставить? В этой точке разошлись главы сельсоветов и регоператор. Мнение первых сформировано опытом работы в территории, образом жизни селян, фактическими объе­мами накоплений, особенностями того или иного села. Подсчитали, получилось, что для сбора мусора пяти сельсоветам нужно 128 емкостей по 0,7 куба. Одному только селу Дружба, где проживает тысяча с лишним человек, необходимо 30, с учетом равномерного распределения по улицам. И в разы меньше – малочисленной, с опустевшими дворами, в двести с небольшим жителей, в основном пожилых, Малиновке. Вроде все логично, по нормативам, которыми оперирует предприятие «Спец­обслуживание-Центральное». Но протяженность села шесть километ­ров. Как бабушкам преодолевать это расстояние с одного конца деревни на другой к контейнерной площадке? И на чьи плечи лягут расходы на «удлиненное» транспортное плечо?

Среди нерешенных проблем мусорной реформы – унифицированные стандарты Роспотребнадзора, предписывающие располагать контейнеры на расстоянии не менее 100 метров от жилых домов. Но сельские улицы планировались еще в позапрошлом веке! Есть такие, где расстояние от забора до дороги не превышает и двадцати. Где в этом случае ставить бак?

Словом, вопросов по теме накопилось достаточно. Как у жителей сел, так и у горожан-алейчан. В середине июня, чтобы найти ответы хотя бы на часть из них, в райцентре собралась рабочая группа в составе председателя Минстроя региона Ивана Гилева, депутата АКЗС Виталия Матвейко, директора ООО «Спецобслуживание-Центральное» (регоператора, обслуживающего Алейскую зону) Алексея Щербатова. График вывоза ТКО и его соблюдение, задолженности и собираемость платежей, наличие оборудованных полигонов и раздельный сбор мусора,  экологическая безопасность среды, в которой живет человек… Кого из нас не волнуют сегодня эти темы?

Год назад в крае был даже принят специальный закон, расширяющий количество региональных площадок размещения ТКО. Казалось бы, контейнер – это чисто, удобно, недорого, за ним и наше коммунальное настоящее, и ближайшее будущее. Но Россия не была бы Россией, если бы все решалось легко и гладко.

Новости