Детство, согретое солнцем

00:00, 17 мая 2012г, Культура 1713


В середине прошлого века работы ведущих советских мастеров живописи, как правило, попадали в наш Художественный музей по распределению: Министерство культуры считало долгом в просветительских целях передавать в провинцию лучшие работы столичных мастеров. Однако у известной картины Александра Лактионова «Летом» немного другая судьба: художник, убежденный соцреалист, в какой-то момент впал в немилость, и Минский художественный музей, в собрании которого хранилась эта работа, решил избавиться от «ненадежного» полотна. Так запоминающийся портрет дочерей художника, читающих «Пионерскую правду», попал в собрание нашего музея. И до конца мая эту удивительную картину можно вновь увидеть на выставке «Ради жизни на Земле».

Сегодня искусствоведы признают Александра Лактионова превосходным мастером портрета и жанровой картины, а полотно «Летом» представляется шедевром. Удивительно: работе скоро исполнится 60 лет (художник писал ее с 1951 по 1954 год), а краски до сих невероятно свежи и ярки! Оказывается, автор изучал технику письма старых мастеров и старался перенимать некоторые их секреты (например, смешанное письмо темперой и масляными красками). Более того, он сам готовил по старинным рецептам темперу и даже специальный грунт для своей пастельной живописи. Похоже, именно его изобретательности мы и обязаны прекрасной сохранностью картины – сегодня она выглядит так, словно едва успела высохнуть.

Творческая судьба живописца из рабочей семьи, ученика Игоря Грабаря и Исаака Бродского, лауреата Сталинской премии и члена Академии художеств гладкой, как ни странно, не была. И при жизни, и позже искусствоведы упрекали мастера то в «иллюзорности», то в натурализме. Из-за выпуклости, почти фотографической точности в передаче деталей и фактур картина «Летом» и была «изгнана» из Минска. К счастью для нас, как сейчас добавляют в краевом Художественном музее. В советское время периодически случалась такая переоценка эстетических ценностей, но это позволяло провинциальным музеям пополнять фонды прекрасными работами.

Говорят, Лактионову хватило бы и одной картины, чтобы вписать свое имя в историю русского искусства: через два года после войны его полотно «Письмо с фронта» было впервые представлено на суд публики в Третьяковской галерее – и многие зрители приходили тогда на огромную всесоюзную выставку только ради него. Впрочем, судьба художника тогда висела на волоске. Чиновники, без разрешения которых в 1947 году невозможно было открыть подобную экспозицию, вдруг усмотрели в картине крамолу: разве могут советские люди жить в доме с облупленной штукатуркой и провалившимся крыльцом? А ходить в растоптанных башмаках? И так-то мы изображаем жизнь победителей? По легенде, сотрудники Третьяковки уговорили цензоров повесить картину в проходном зальчике, где она не бросалась бы в глаза. Но даже там началось невообразимое: перед пронизанной солнцем картиной собирались толпы зрителей и многие плакали, потому что воспоминания о войне и о радости от писем с фронта были еще слишком свежи.

В итоге Третьяковская галерея приобрела «Письмо с фронта», художник удостоился Сталинской премии, а репродукции разошлись по всему Советскому Союзу. Однако Лактионов не остался «художником одной картины», широко известны еще несколько его работ, в том числе «Переезд на новую квартиру», «Обеспеченная старость» и наша – «Летом».

– Замысел картины «Летом» созрел в 1951 году, когда художник отдыхал на Истре. Он видел, как купаются ребятишки, и его вдохновили эти идиллические сцены, – объяснила нам старший научный сотрудник музея Наталья Гусельникова. – Сначала он планировал написать картину о четырех пионерах, читающих газету, но в итоге ему позировали только дочери. Причем писал он их без предварительных этюдов.

Художнику, пережившему войну, удалось написать невероятно пронзительную работу о счастливом детстве и надежде на лучшее будущее. И надежда эта разлита в солнечных бликах, в полинялом знойном небе, сочной зелени и безмятежных лицах детей, озаренных внутренним светом.

Новости