Посади свое дерево

Опустынивание – одна из острых мировых проблем, которой обеспокоено человечество. Она имеет прямое отношение и к нашему краю

00:00, 16 июня 2012г, Общество 1785


Открытые корни деревьев, цепляющихся за жизнь. Бьет в глаза тревожная картина. Что происходит? Может, сосны больны? Обратимся к специалистам. Начальник отдела центра защиты леса Людмила Кальченко подтвердила: здесь образуется овраг. Возможно, это довольно редкое явление, когда в лесу, что называется, из-под ног, то бишь корней деревьев земля уходит? Однако факт остается: на наших глазах происходит катастрофическое для этого лесного участка изменение.

Что делать? Чтобы остановить процесс, надо посадить кустарник. Подойдут акация белая, дёрен, смородина золотая…

Лесопосадка и здесь служит противоядием для различного рода разрушительных природных явлений. Вот и сегодня, когда мир озабочен проблемой опустынивания, лечат его в том числе и посадкой леса. Глобальное складывается из частностей, из штрихов в масштабный портрет экологического недуга планеты. Понятно, что надо одну за другой стирать эти болячки, ликвидировать их, и тогда получим результат.

Стало быть, мощным должно быть действие. Беда рядом: граница опустынивания в крае продвинулась почти на 100 километров. При этом продолжается уничтожение лесополос травяными пожарами, страдает биота от сельхозпалов. По данным инвентаризации, проведенной на Алтае по распоряжению губернатора края, за последние десять лет от сельхозпалов пострадало 16 тысяч гектаров лесополос (30%). Обращено внимание на то, чтобы возрождение лесополос рассматривалось как важная задача.

При этом вижу, как садоводы подрубают на дровишки березки, из близлежащей лесополосы везет лесной чернозем теще на огород заботливый зять. Из бора тащат песок, выкапывают деревца. Говорят, мелочи. И это тоже человеческий фактор, ослепленный пофигизмом. К проблеме, названной учеными глобальной, а потому вроде общей и нас не касающейся. Убедимся, что это не так?

Теория и практика

Известный в крае агроном кандидат сельскохозяйственных наук Анатолий Игнатович предложил посмотреть на географическую карту.

- Как вы думаете, почему на севере Средиземноморья пустыня?

Сделав паузу, продолжил:

- Я долго ломал голову над этим вопросом, а ответ дала историческая литература: поспособствовало развитие кораблестроения. На протяжении веков вырубался лес, в итоге получили то, что есть. Убедительный пример мой собеседник подтвердил своей присказкой: «Там, где дерево растет, там пустыни не бывает».

Анатолий Игнатович был и остается сторонником полезащитного лесоразведения. Его аргументы обезоруживают:

- Там, где были посажены лесополосы, гумуса на 1-2% больше, чем на открытой территории. Главное, что ветрами уносится эта самая легкая часть почвы.

Он исследовал особенности основной обработки каштановых почв в Кулундинской степи на полях с лесными полосами. А потом в течение долгих лет наблюдал на практике процессы, происходящие у него на глазах. Нынче зимой его потянуло в Кулунду, с которой связан не один десяток лет.

Удивился ровному распределению снега. Хотя сугробов возле полезащитки не было, весной оказалось, что влаги в зоне эффективной защиты лесополос на 30-40 миллиметров больше, чем в средней части поля.

А.Игнатович вновь повторяет, что кормовые культуры, кукурузу, однолетние травы надо располагать в зоне лесополос. Сегодня такой подход – подсказка представителя зрелого поколения для действий тем, кто у руля и при деле в пору тоже, скажем, неизведанную, полную загадок при изменениях климата. Кстати, об этом говорят уже во весь голос. В последние годы на Алтае собираются ученые и практики, чтобы на конференциях и симпозиумах обсудить животрепещущую тему: последствия изменения климата. На одной из них в качестве рекомендаций предлагалось и то, что давным-давно открыл мой собеседник и его коллеги – специалисты, которые видят глубину проблемы и способны оценить ее в целом, масштабно, а не упершись упрямо лбом в сиюминутность.

Процитирую Анатолия Игнатовича:

- В крае было 175 тысяч гектаров поливных земель, а сейчас по пальцам пересчитаем. В Ключах орошением занимаются Титов, Вебер, в Табунах – Чепелюк. В немецком национальном районе СПК «колхоз имени Кирова». И еще имена можно назвать. Важно, чтобы другие не оплошали, взгляд свысока на любое явление ничего хорошего не сулит в итоге. Тому свидетель – история. Скажем, хорошую современную машину приобрести для полива – накладно фермеру. Тракторы, техника… Сегодня процессы, происходящие в природе, уже не намекают, а предупреждают: один на один с опустыниванием не справиться. Нужно объединять усилия, кооперироваться.

О рощах и дендросадах

В засушливой Кулундинской степи есть дендросад. Его создала Августа Долгих, тогда аспирантка, рискнувшая испытать, какие деревья выживут в тяжелых климатических условиях. Что показало это испытание длиной в 35 лет?

Августа Андреевна рассказывает, что из 200 видов деревьев и кустарников, посаженных тогда, в прошлом веке, выжило 150 видов. В сухой зоне, где далеко грунтовые воды, а осадки ничтожно малы, этот дендросад – истинное чудо, и только благодаря настоящим подвижникам он есть, а у них – большие трудности. Скромно говорит о финансовых проблемах: «…пока не выделяют средств на содержание дендросада». Августа Долгих мечтает о том, чтобы наконец определились со статусом дендросада: его когда-то при инвентаризации решили перевести из памятника природы в статус особо охраняемой территории: «Мы всё сделали, но так и не знаем, какое решение принято. Оказалось тогда, что мы подчиняемся институту агролесомелиорации, а он - академии»…

Кандидат сельскохозяйственных наук Августа Долгих не делает громких заявлений по поводу наступления опустынивания. Видела, что кое-где появляется ковыль. Занимает вроде не свое место, а остается и растет себе. А где-то в стороне от Кулунды и поселка Октябрьского у ленточного бора проявляются другие штрихи к портрету приближающейся беды. Они незаметны дилетанту, а специалисту, знатоку – видны.

Ключевский реликтовый бор. Когда в Барнауле или Приобье – жара, здесь - зной. Под ногами хрустит лишайник, потрескивает хвоя, мшистые островки иссохли и рассыпаются, едва их заденешь. Спрашиваю о том же – о природных изменениях, которые настораживают.

Специалист Ключевского лесничества Валентина Михайлюченко, профессионал с двумя образованиями и порядочным стажем работы, рассказывает, что на территории лесничества идет частичное усыхание взрослых деревьев, причем сосны не поражены никакими болезнями и насекомыми-вредителями.

Впервые она обратила внимание на этот процесс несколько лет тому назад. Говорит, что сегодня картина проявилась еще больше, процесс усугубляется.

«Это вызывает тревогу. Понижается уровень грунтовых вод, высыхают лесные озера, болота. Раньше сильные ветра дули весной, а сейчас суховеи отмечаются и осенью, а зима бесснежная и суровая».

И вот наша беседа достигает логичного апогея: Валентина Геннадьевна произносит эти знаковые слова:

- Только лес встанет преградой опустыниванию.

Предприятие «Лес Сервис», замечу, передовое в лесной отрасли края, делает ставку на лесовосстановление. Идет нешуточная борьба с надвигающейся бедой. Воочию этот накал виден весной, когда закрываются на ключ кабинеты и все без исключения выходят на посадку. Не укладывается в голове, что в день нынче проходили по 200 гектаров, на которых высаживали почти по миллиону сеянцев сосны.

В 2011 году посажено более 7 миллионов сеянцев сосны; весной 2012 года создали 1500 гектаров новых боров.

Предприятие идет на большие затраты, чтобы вырастить посадочный материал на лесных питомниках, осуществить должный уход за молодыми сосенками, в буквальном смысле слова нянчится с ними. И тем не менее стопроцентной приживаемости нет, есть плановая, а ею уже предусмотрен отпад, продиктованный объективно климатическими условиями.

Так что же делать?

Работать! – говорят здесь.

Работа идет полным ходом. В 2010 году большой пожар, пришедший с территории соседнего Казахстана при штормовом ветре, уничтожил более 10 тысяч гектаров. В общей сложности на этих гарях восстановлено около 3 тысяч гектаров.

Помнится, спросила я после того страшного пожара директора предприятия «Лес Сервис» Владимира Черных, чем продиктована задача как можно быстрее ликвидировать гари, посадив новые боры?

Чтобы предотвратить опустынивание! Вся соль в том, что на обожженной пожаром земле естественным путем лес возобновится в засушливых климатических условиях только через сотню лет. Мощными корнями сосны, как каркасом, сдерживают зыбучие пески, которые, лишившись узды, начинают двигаться при любом удобном случае. Сдержать. Поставить зеленую преграду.

В 2012 году лесовосстановительные работы на землях лесного фонда в крае планируется провести на площади 10,4 тысячи гектаров. На все мероприятия запланировано направить порядка 90 миллионов рублей, в том числе из федерального бюджета – 25 миллионов рублей, из краевого бюджета в рамках ведомственной целевой программы «Развитие лесов Алтайского края на 2010-2015 годы» - 20 миллионов рублей, собственных средств арендаторов – более 40 миллионов рублей.

А как же лесополосы?

Есть надежда, что обратит внимание на лесополосы правительство, не только Алтаю они нужны. Зеленый щит встанет на пути суховеев, для которых нет региональных границ.

Кстати, наши соседи-китайцы сегодня реализуют крупнейший проект по озеленению в истории человечества. Его основная цель – остановить опустынивание Северного Китая.

Возведение Зелёной стены началось в 1970 годы и продолжится вплоть до 2050 годов. Так, по закону каждый гражданин Китая от 11 до 60 лет обязан посадить в течение года от трёх до пяти деревьев или выплатить соответствующий налог.

«В некоторых областях уже наглядно видны результаты проекта: местности, где жители были вынуждены каждый день очищать дома от песка, вновь пригодны для жизни, а пыльные бури стали значительно менее губительными. По подсчётам, уже высаженные леса задерживают около 200 млн. тонн песка в год». Хороший факт.

Новости