Лауреат премии «Книга года» Алексей Иванов выпустил роман об основателе алтайских рудных заводов Акинфии Демидове

25 ноября вышел новый роман Алексея Иванова «Невьянская башня».

По словам сотрудников издательства «Альпина.Проза», это «историческое полотно о становлении заводской России».

События романа происходят в 1735 году. Главный герой – хозяин Невьянского завода Акинфий Демидов. Согласно историческим данным, это предприятие основано на рубеже XVII и XVIII веков. В 1702 году Невьянский завод передан российским императором Петром I из казны тульскому оружейнику Никите Демидовичу Антуфьеву (Демидову). 

В 1704 году на Урал приехал сын Никиты, Акинфий Демидов. Он стал руководителем завода. В 1725 году (по другим сведениям в 1721 – 1745 году) на левом берегу реки Нейвы, ниже плотины заводского пруда построена Невьянская башня.

В романе Алексея Иванова Акинфий Демидов сталкивается со множеством трудностей. Это проверка из Петербурга, обвинения в фальшивомонетничестве, внутрисемейные распри, остановка Невьянского завода из-за появления «духа огня».

События в книге отнесены к периоду после основания медеплавильного горна в Колывани (территория нынешнего Алтайского края). Произведение Иванова можно воспринимать как многоплановую стилизацию. Текст повествователя напоминает «лубочный» исторический роман XIX – XX веков. Кроме того, автор делает попытку стилизовать речь героев: воспроизводит устаревшие грамматические конструкции и лексические единицы: 

«Феклушка порскнула в сени. С крыльца босиком по снегу она побежала к запертым воротам. Холод взбодрил её. Луна освещала белый скат кровли над воротами. Вдалеке на башне куранты били полночь. В оконце Феклушка увидела какого-то парня. 
– Подымай Степан Егорыча! – крикнул парень. – Хозяин приехал, зовет! 
Феклушка с трудом сообразила, о чем речь. 
– Степан Егорыч – соседние ворота, дурак! – приплясывая, ответила она и помчалась обратно к крыльцу. В горнице ее обдало теплом. 
Ненавистный младенец продолжал орать. 
– Барин вернулся, Егорова звали, домом ошиблись, – сказала Феклушка. 
– Глаз бы подбить ротозею для зоркости, – буркнул Иван Лукич. 
– Ты, дева, Николушку на руки возьми, тады он замолчит, – с лежанки посоветовала Михаловна. – Походи с ним, походи. На ногах не задремлешь. 
Феклушке не хотелось ходить, хотелось спать. Роняя жгучие слезы бессилья, Феклушка вынула младенца из зыбки и принялась мотаться от лавки до стены. А старики всё шептались на лежанке. 
– Акинфий-то Никитич, небось, теперь выкупит изловленных-то? 
– Ране так было, – подтвердил Лукич.  – А нынче не знаю. Из Тоболеска какой-то протопоп Иоанн прискакал, вразумляет пленников на Заречном Тыну… А там дело ясное: ильбо отрекайся от веры отцов, ильбо сдохни».