«Максим». Второй номер: проект «80 слов о Победе» рассказывает о судьбе защитника Сталинграда

Проект «Алтайской правды» «80 слов о Победе» продолжается.

«Война – это кровь, грязь, холод, запах разлагающихся трупов, который преследует тебя везде и всюду. Это вшивость. Эти паразиты грызут тебя днем и ночью. От их укусов и зуда мы, солдаты, сходили с ума, бегая по траншеям, — вспоминал Нестер Андреевич Темников в интервью журналисту районной газеты «За урожай». 

Одних этих слов уже достаточно, чтобы начать сочувствовать и надеяться, что такого больше не повторится. Но история прадедушки Нестера вызывает у меня восхищение его стойкостью и мужеством. 

Семья не знала

Нестер  ушёл на войну в 1942 году,  в 22 года. И вернулся. За три года его жизнь была наполнена невероятно сложными испытаниями. Мой прадедушка вернулся героем, после войны его наградили медалью за боевые заслуги и Орденом Отечественной войны 1 степени. Он был участником Сталинградской битвы и получил серьёзное ранение. Но о событиях, которые ему пришлось пережить – не знал никто из моей семьи. Дедушка не рассказывал, а члены семьи боялись спрашивать. Все жили в неведении и без подробностей до тех пор, пока к нам не пришёл журналист из районной газеты «На земле Троицкой». В тот день они с дедушкой заперлись в комнате и очень долго разговаривали. А после, вся семья и жители Троицкого района узнали его историю. Журналист А. Сторожилов опубликовал материал  под заголовком  «На войне как на войне».

В 1942 году его  отправили под Сталинград. По приезде,  22 августа, выполняя приказ разгрузить транспорт, дедушка сразу же попал под обстрел. У него не было возможности настроиться, подготовиться морально к тому, к чему в целом подготовиться нельзя. Он вместе с остальными прибывшими солдатами с момента остановки поезда вынужден был бороться. За свою жизнь, жизнь товарищей и Родину.  

На месте разгрузок приезжающих поездов они стояли несколько дней. Их обстреливали немецкие пулеметчики с воздуха. Разгруженную технику и людей нужно было переправить через горящую из-за нефти Волгу в горящий Сталинград. На берегу, где был дедушка, горел огромный элеватор. Всё было в огне, кругом поднимались клубы пламени и дыма. У немецких летчиков был план: на том берегу бомбить Сталинград, а на этом – крупные объекты и технику и людей, которые пытаются перебраться через реку. Дедушка не понимал, откуда столько техники противника:

«Откуда их столько? Думаю: ну, не может быть столько самолетов у одной Германии. Мне кажется, что эта гудящая, воющая армада самолетов со всего света».

В плену

После ему удалось перебраться через реку на другой берег к Сталинграду. Он сдерживал противника с южного направления больше месяца. В день приходилось отбивать по несколько атак. Дедушка работал  вторым номером в расчете  станкового  пулемета «Максим». Во второй половине октября он оказался в окружении, без подвоза боеприпасов, продовольствия и еды. Во время одной из атак его ранило и контузило. Во время этой атаки он попал в   плен  к румынам. Пробыл в плену почти полгода. Солдат  держали в скотных дворах бывшего совхоза, а в январе погрузили в железнодорожные вагоны и повезли на запад. А когда  ночью поезд замедлил ход, дедушка и ещё несколько солдат выпрыгнули из вагона и смогли убежать. Но через несколько дней пути их снова поймали украинские полицаи и сдали в плен немецким солдатам. И он снова вынужден был работать в плену под дулами автоматов. 

В октябре среди русских пленных начали обсуждать, что наши  наступают. А это значило, что их будут либо расстреливать, либо увозить в Германию. Как раз к этому времени дедушка и его друг смогли сделать окоп, который копали больше месяца, и сбежать. На десятый день  они встретили наших -  разведчиков. Они привезли дедушку Нестера и его друга в особый отдел и допрашивали два дня. А на третий  уже снова поставили в строй. Уже под Метрополем дедушка получил серьезное ранение. Вместе с другом они работали на пулемете и помогали наступающим. Во время очередного боя им нужно было передвинуть технику ближе к противнику, но пуля его остановила: «Наш лейтенант приказал нам сменить позицию, Сергей ползком покатил пулемет, а я взял ящики с патронами. Лейтенант кричит «Быстрей давай, быстрей!» Я вскочил и, полусогнувшись, побежал с ящиками. В этот момент пуля ударила мне в правую ногу. Она раздробила  кость на мелкие осколки». Врачи смогли спасти ему ногу. Но он остался инвалидом на всю жизнь. 

 Именно это мы и узнали из газетной статьи. Она была опубликована в 2003 году. Спустя год родилась я. А ещё спустя год – прадеда Нестера не стало. К этому времени у него было  четыре дочери, один  сын и восемь  внуков. Он часто ездил в военные госпиталя, был в Барнауле и Ставрополе, проходил реабилитации.

Большую часть послевоенной жизни прадедушка Нестер проработал начальником отдела сбыта Южаковского (Боровлянского) Леспромхоза. Был членом КПСС, активистом посёлка, депутатом и членом Совета  ветеранов Троицкого района. У прадедушки Нестера было много наград, и звание заслуженного рационализатора лесного хозяйства.

По воспоминаниям моей бабушки Лидии Нестеровны:

«Я же самая младшая дочь  была. Помню, что отец  постоянно выступал на собраниях, ходил на митинги, часто ездил в командировки по работе. Оттуда всегда привозил нам грецкие орехи и персики в банках, раньше их не было в таком большом доступе, как сейчас. Мы всегда его ждали».

Благодаря журналисту и фотографиям, которые мы бережно храним – мы помним историю страны  не только из уроков или фильмов. Мы знаем историю одного из миллионов людей, прошедших тяжелейшие испытания, вернувшихся домой  и проживших яркую, достойную  насыщенную жизнь. 

Дарья КАТАСОНОВА