Алтайский край посетил участник годового изоляционного эксперимента проекта «Сириус-23»

Неделя космоса в этом году проходит в Алтайском государственном мемориальном музее Германа Титова с особым размахом. На этот раз в числе гостей научный сотрудник Института медико-биологических проблем Рустам Зарипов, участник годового международного изоляционного эксперимента проекта «Сириус-23».

366 дней без мобильных телефонов, Интернета, привычных маршрутов и элементарных походов в магазин в доме по соседству. Каково это, когда твой круг общения ограничивается пятью членами экипажа и семью адресами в электронной почте, письма с которых можно получить строго по расписанию – дважды в день? Рустам рассказал «АП» о жизни в условиях, моделирующих длительный космический полет, а также об изучении психологических проблем, связанных с изоляцией и ограниченным пространством.

Ощутить изнутри

– Изначально я не числился в списке кандидатов, которых рассматривали для работы в эксперименте в составе экипажа, – вспоминает наш герой. – Но в силу обстоятельств получилось так, что одно место в команде оказалось вакантным. Я присоединился к отряду исследователей последним уже на завершающем этапе предварительных испытаний, примерно за три недели до старта, который состоялся в середине ноября 2023 года. Остальные члены экипажа начали подготовку еще 1 сентября.

К слову, до этого мужчина уже участвовал в предыдущих запусках эксперимента, но тогда он был исследователем и видел процесс снаружи. Теперь же предстояло ощутить все изнутри.

Проект «Сириус» состоит из нескольких серий, которые отличаются длительностью нахождения участников в замкнутом пространстве. «Когда первые эксперименты начинались, было любопытно испытать, каково это, – рассказывает Рустам. – На первый взгляд 17 суток в пределах одной ограниченной территории кажется мало, четыре месяца – оптимально, а восемь – уже достаточно долго. Но когда появилась возможность попробовать свои силы в годовом эксперименте, энтузиазм смешался с сомнениями: насколько все это мне по силам?»

Старт был волнительным, но со временем работа вошла в ритм и экипаж опробовал почти всю научную программу за первые два месяца. Рустам делил год на небольшие отрезки по значимым событиям: Новый год, первый выход на «лунную поверхность», его день рождения. Так было проще с точки зрения психологии.

Шесть метров для жизни

Целый год участники «Сириуса» жили в наземном экспериментальном комплексе (НЭК) – своеобразном корабле, который состоял из трех основных модулей (их называли экспериментальными установками, ЭУ. – Прим. ред.) и одного маленького, используемого для моделирования посадки на Луну.

«Был медицинский модуль объемом 100 кубических метров – там мы проводили основные исследования, – описывает Рустам Зарипов. – Жилой вмещал шесть кают, радиорубку, кухню и кают-компанию. Самый большой включал душевую, оранжерею, склады с запасами еды и другими необходимыми для эксперимента средствами».

Каюты были крошечными – всего 2 x 3 метра, лишь «комната» командира чуть просторнее. «Внутри спальное место, маленький столик для работы и шкафчики, – поясняет Рустам. – К такому надо, конечно, привыкать». А еще – искусственный микроклимат, фоновый шум вентиляции, влажность определенного уровня (не выше 45 %) и система видеонаблюдения повсюду, кроме санузла и кают. 

– Организм относительно быстро адаптировался к новым условиям, – отмечает наш собеседник. – Но вот что такое настоящая тишина, понял уже когда наш условный корабль «приземлился». Оказалось, что внутри него был высокий уровень фонового шума от работы всех систем жизнеобеспечения.

Два окна, семь адресов

Изоляция стала одной из главных сложностей. Связь с внешним миром сводилась к электронной почте с жесткими правилами: письма отправлялись и приходили только в два окна – в 12 и 18 часов, а список контактов ограничивался семью адресами. «Если кто-то мне присылал письмо в первой половине дня, оно становилось доступным для прочтения и ответа ровно в полдень, – объясняет Рустам. – А следующее окно только в 18.00. Получается, если возник срочный вопрос, то не всегда была возможность оперативно обменяться информацией с нужным человеком. Это было тяжело».

Распорядок дня был четким: подъем около 7.00, медицинский контроль, завтрак. Обязанности на кухне распределяли по очереди – двое из экипажа дежурили, накрывали на стол и убирали. А дальше текущая работа на корабле и исследования, предусмотренные планом. Так, например, когнитивные тесты проводили сутки через двое.

Каждый день участники записывали видеоотчеты для дежурной бригады – о самочувствии, возникших вопросах и проблемах. «Сначала это занимало минуту, – вспоминает Рустам, – а потом сократилось до 30 секунд – стало настолько привычным и обыденным».

Без приправ

Питание тоже стало своеобразной проверкой на прочность: о вкусненькой домашней еде предстояло забыть на ближайшее время. В меню сублимированные продукты, консервы, минимум свежих овощей. «Основной рацион – готовое блюдо, масло, сыр (тоже сублимированный), сок, – перечисляет Рустам. – Перекусы – злаковые и фруктовые батончики».

Из свежего сначала были яблоки – их хватило на первый месяц эксперимента. Позже появились зелень, которую выращивали своими силами в оранжерее, и немного овощей. «Уже ближе к концу «Сириуса» получилось собрать первый урожай – несколько маленьких помидорок, которые разделили на шесть человек экипажа, – улыбается Рустам. – Конечно, это было большим событием для нас, ведь дополнительных приправ или пряностей эксперимент не предусматривал, а получить яркие вкусовые ощущения все же хотелось».

Коллеги предоставили две хлебопечки, и участники начали печь хлеб, а на дни рождения делали «торты» из пропитанной шоколадом выпечки. «Сначала не получалось – сдоба не пропекалась, потом наработали опыт», – вспоминает собеседник. 

Игры в «космосе»

Среди испытаний были и 38-часовые периоды без сна – нужно было проверить, как поведет себя экипаж в условиях, когда требуется длительное бодрствование. На случай если, к примеру, обстановка на корабле требует постоянного контроля. «Подготовиться к этому тяжело, – признается Рустам. – Во время таких исследований нельзя употреблять кофеинсодержащие продукты. В обычной жизни, когда нужно себя взбодрить, можно выпить кофе или энергетик. Здесь же по условиям эксперимента это было запрещено». Чтобы выдержать, участники придумывали игры: например, сделали купоны с заданиями и ходили из модуля в модуль, выполняя их, чтобы немного оживиться от физической активности.

Важной частью эксперимента стали выходы на «лунную поверхность». Всего их было пять. «Первый в январе. Конечно, необходимые инструкции нам предоставили, но мы до конца не знали, как к этому готовиться. Поэтому без волнения не обошлось», – делится Рустам.

Чтобы «попасть» на Луну, экипаж переходил в модуль ЭУ-50, где четверо «высаживались», а двое оставались «на орбите». Здесь имитировали лунную гравитацию (83 % от веса) с помощью специальной системы вывешивания и очков виртуальной реальности и выполняли комплекс заданий – например, нужно было дойти до определенной точки, взять предмет, вернуться обратно.

Были и нештатные ситуации, например повышение уровня CO2 в модуле. «Одного из нас попросили замерять уровень углекислого газа и передавать данные каждый час, – вспоминает Рустам. – Остальные должны были уходить из модуля с превышением. Это была смоделированная ситуация, но выглядело очень натурально».

Завершение эксперимента оказалось не менее волнительным, чем старт: участники экипажа целый год не видели своих родных и близких, друзей. Но после выхода из НЭК команда исследователей попала в двухнедельный карантин. Постепенно жизнь вернулась в привычное русло.

– Конечно, первое время было непривычно и немного неуютно от большого скопления людей в метро. Пришлось снова привыкать к вкусу обычной еды – организм, кажется, его забыл. Странные ощущения настигли и в момент, когда вернулся в свой дом, где не жил целый год. – добавляет Рустам. – Эксперимент прошел нелегко, но это был полезный опыт хотя бы с точки зрения проверки своих возможностей.