В минувшие выходные в Барнауле и Бийске прошли гастроли «Мастерской «12» Никиты Михалкова

Они были приурочены к Всероссийскому фестивалю «Шукшинские дни на Алтае», который официально открывается сегодня.

В столице края в пятницу и субботу состоя­лись два показа драмы «12» – по сути дела, сценической версии одноименного фильма Михалкова 2007 года. На сцене Бийского драматического театра мастерская показала другую постановку – спектакль-концерт режиссеров Евгения Дубовского и Игоря Сергеева «Поэзия созидания» по военным стихам Сергея Михалкова. Приезд большой команды на Алтай (за воссоздание спектак­лей на новых сценах отвечало около 100 человек!) стал возможен благодаря Росконцерту и федеральной программе «Большие гастроли», а также поддержке губернатора и Правительства Алтайского края, помощи Барнаульского завода АТИ.

Вселенная Михалкова

«12» – это история о двенадцати присяжных, решающих, виновен ли 18-летний чеченский юноша в убийстве своего приемного отца – русского офицера. Из-за ремонта в суде их запирают для обсуждения и вынесения решения в спортзале соседней школы. Дело кажется простым и ясным, как и мотив убийцы, и все уверены, что присяжные проголосуют быстро и единодушно.

Они и сами намерены поскорее разделаться с формальностями и разбежаться по своим делам. Но один человек – ученый-изобретатель (в фильме его играл Сергей Маковецкий, на сцене – Николай Бурляев) почему-то голосует за невиновность. Сперва кажется, что делает это из чисто интеллигентской раздражающей щепетильности, но его готовность усомниться в очевидном приводит к неожиданному финалу. В ролях также заняты Никита Михалков (он играет до поры молчаливого председателя коллегии присяжных), Владимир Долинский, Сергей Степанченко, а также молодые артисты – выпускники Академии кинематографического и театрального искусства Никиты Михалкова.

О том, что спектакль существует в некоей киновселенной Михалкова, свидетельствует несколько вещей: во-первых, периодически на сцену проецировались кадры из фильма «12», в которых раскрывалась непростая судьба подсудимого. Во-вторых, у прежде безымянного персонажа Михалкова – отставного боевого офицера – в спектакле появилась фамилия Котов, которую носил комдив из «Утомлённых солнцем». Текст претерпел точечные изменения, связанные с современной новостной повесткой, хотя режиссер и замечает, что не планировал делать его «актуальной стенгазетой».

Работа зрителя

Сложная «чеченская тема», еще памятная в 2007-м, сейчас и самим режиссером названа вспомогательной, а главное – разговор о способности современного человека потратить свои время и силы на другого. О некоторых своих творческих принципах Михалков рассказал на пресс-конференции. Так, он сообщил, что в его театре используются все возможные визуальные эффекты, связанные с кинематографом:

– В «Мастерской «12» есть голография и возможности для удивительных экспериментов, детских спектаклей, сказок. Я знаю точку зрения Михаила Пореченкова или моего брата (режиссера Андрея Кончаловского. – Прим. ред.), которые категорически против микрофонов и за живую актерскую речь. Но микрофоны дают возможность максимально приблизить зрителя к сцене, и в данном случае мы можем даже услышать шепот. Вчера мне кто-то сказал: было ощущение, что мы подглядываем за происходящим. Для меня лично это самое ценное. Одно дело, когда зритель думает: «Ну, давайте, я заплатил, покажите мне, что вы можете!» А другое – когда он работает. Мне вообще кажется, что настоящий зритель должен быть больше благодарен за ту работу, которую его заставили делать, чем за то удовольствие, которое он получил от спектакля.

Приезд такой высокотехнологичной постановки на Алтай Никита Михалков сравнил с воинской операцией:

– Это 100 человек, оборудование, экраны, компьютеры, свет. Конечно, без помощи Министерства культуры, Росконцерта, «Больших гастролей» и завода АТИ, без помощи региона такой спектакль не привезти. Только одних мест сколько нужно в гостинице, и транспорт, это все серьезно. Но я совершенно уверен: важно, чтобы такой спектакль видели не только в Москве. Он является некоей объединяющей силой, когда люди в зале и на сцене соединяются друг с другом в эмоциональном порыве и идет обмен энергиями. А лакмусовая бумажка, что эта энергия существует, – это тишина, когда номерок из гардероба упадет, а никто этого не слышит, потому что все «там».

Своих учеников – молодых участников спектакля режиссер называет универсальными бойцами, которые владеют ремеслом и могут все: «Каждый спектакль я просто наслаждаюсь тем, как они работают, тем более что первую часть я сижу спиной к залу и могу наблюдать за всем».