Рэп, Шекспир, Безруков. Фестиваль «Эхо БДФ – Алтай» порадовал барнаульцев

В течение прошлой недели барнаульские зрители в рамках специальной программы «Эхо БДФ – Алтай» могли посмотреть семь спектаклей, в разные годы побеждавших на Большом Детском фестивале.

Особенность этого смотра под художественным руководством народного артиста Сергея Безрукова в том, что победителей в нем определяет жюри из детей и подростков. То есть представленные на Алтае постановки 6+, 12+ и 16+ когда-то были по достоинству оценены той самой аудиторией, для которой и предназначались.

«Прожгло до пепла»

Сразу два спектакля в Барнаул привез московский независимый проект «Рэп-театр», созданный в 2022 году поэтом и МС Львом Киселёвым. И начали участники коллектива с переработки классических литературных произведений в стиле, понятном молодежи. Причем не абы каких произведений, а «Идиота» и «Преступления и наказания» Достоевского, с которыми проект дважды побеждал на БДФ и даже вошел в лонг-лист «Золотой маски».

Для рэп-мюзиклов в краевой столице подобрали подходящую сцену Алтайского государственного музыкального театра. И подростки составляли отнюдь не большинство аудитории: эти биты вполне «зашли» зрителям средних лет. Возможно, потому, что яростной читкой артисты рэп-театра не ограничивались и большую часть времени это были привычные драматические спектакли с эффектным оформлением и аутентичными диалогами. Вообще, то, что в «Идиоте» режиссера Захара Насакина окажется столько Достоевского, для многих стало неожиданностью. Лишь в моменты эмоциональных пиков князь Мышкин (Сергей Рогачков), Настасья Филипповна (невероятная Карина Мостовая) или циничный Тоцкий (основатель театра Лев Киселёв) доставали из карманов микрофоны и выходили к переднему краю сцены со своими музыкальными номерами.

К слову, из декораций на практически пустой темной сцене была только огромная металлическая кровать-помост, превращавшаяся то в поезд, в котором состоялось роковое знакомство князя Мышкина и Парфёна Рогожина, то в кабриолет, на котором купеческий сынок увозил свою Настасью Филипповну, чтобы вскоре убить. Образы персонажей с выбеленными лицами-масками решены в карнавальной эстетике, и единственный в этом болезненно вывернутом наизнанку мире, на ком нет этой маски, конечно, Мышкин.

И все же эмоциональным центром «Идиота» от «Рэп-театра» стала именно история растленной собственным опекуном красавицы. Но если в романе рассказ о ее злоключениях в детстве и юности занимает с десяток страниц, то в спектакле это хлесткая композиция примерно на две минуты. А вот как рассказывает о своей одержимости ею Рогожин в сольном музыкальном номере: «Я перебегал по делам через Невский в тот день, когда суждено было встретиться мне с ней. Выходит из магазина, садится в карету – красивая, тут меня и прожгло до пепла».

Любовь и Смерть

Украшением афиши стали два спектакля питерского театра КУКФО («Кукольный формат») – «Вафельное сердце» (6+) и «Ромео и Джульетта» для зрителей от 12 лет.

Идея разыграть трагедию Шекспира в эстетике театра петрушки принадлежала режиссеру Борису Константинову и художнику-постановщику Виктору Антонову. Это решение вытащило на поверхность весь юмор, которого немало в пьесе, и добавило еще немного сверху. Без современной музыки тоже не обошлось: в самом начале в инструментальном переложении для лютни звучит Lose Yourself Эминема, а в сцене бала-маскарада в доме семейства Капулетти – евродэнс-хит What Is Love.

Прологом служит появление двух чумных докторов в устрашающих масках и двух кукольных червяков, копошащихся в чем-то неприятном, – от них мы и узнаем историю противостояния «двух равно уважаемых семей» Вероны. Еще один важный персонаж у Бориса Константинова – очаровательная Смерть, которая почти не сходит с ширмы. Это ее плащ случайно похищают Ромео и Меркуцио, чтобы неузнанными пробраться на бал, это она многозначительно похохатывает, пока юные супруги строят планы на будущее.

Еще одно важное решение связано с системами кукол: главные герои изящны и выполнены в системе петрушек, причем видны руки артистов, подарившие персонажам ртутную подвижность и нервность, которая им так пригодилась в боевых сценах. А вот поколение родителей в спектакле воплощено в больших мягких мимирующих куклах, способных главным образом на дурацкие гримасы. Но когда все становится действительно серьезно и трепетно, вместо кукол вдруг появляются артисты в живом плане – играющие заглавных персонажей Ольга Донец и Кирилл Смирнов.