Руководитель алтайского отделения Российского Красного Креста Анна Ведлер рассказала о деятельности организации

«Каждый день как вызов» – это не громкие слова, а жизнь руководителя регионального отделения Российского Красного Креста, врача, преподавателя АГМУ, депутата АКЗС и активиста краевого Молодёжного парламента Анны Ведлер. В канун женского праздника она, одна из самых ярких представительниц нового поколения алтайских общественниц, побывала в редакции «АП».

Начать с себя

– Анна, более полутора веков деятельность Российского Красного Креста (далее – РКК), основанного еще при Александре II, востребована в России. Чем стало для вас решение возглавить региональное отделение организации в 2024 году?

– Точкой роста. Новой и очень сложной историей, отвечающей моей мировоззренческой позиции. Миссия организации – помощь людям в трудных жизненных ситуациях независимо от возраста, национальности, идеологических убеждений. Она объединяет множество направлений, акций и реализуемых проектов, связанных с санпросвещением, популяризацией донорства, сопровождением пациентов из групп медико-­социального риска. Словом, мейнстрим. Костяк отделения – сорок человек, реально же в территориях края работает в разы больше волонтеров.

В партнерстве с государственными институтами мы отвечаем на вызовы времени и надеемся, что серьезно помогаем социальным ведомствам. Так, в этом году стартовали с программой обслуживания на дому людей пожилого возраста «Милосердие» в поддержку «Системы долговременного ухода» Минсоцзащиты региона. Учимся друг у друга – знаний много не бывает.

– Вы ребенок 90‑х. В то время большинство россиян думали, как выжить. Не до волонтеров было. Как и когда вы поняли, что гуманитарная стезя ваша?

– Вы правы, никто нами особо не занимался, не баловал вниманием, просветительскими проектами. Но я всегда чувствовала поддержку семьи. Она одобрила мое решение поступать в АГМУ на бюджетный набор. Оставалось просто отмести все эти «а если вдруг…» и идти вперед. И когда на конкурсе Молодёжного парламента Барнаула я впервые заявилась с авторской Школой здоровья, не думала, конечно, что эта разработка станет одним из базовых инструментов для медиков-­волонтеров РКК.

– Нынешние волонтеры – это по большей части те самые зумеры, «никчемные блогеры», ругаемые старшими. Что про них скажете?

– Испытываю к этому новому поколению хорошую белую зависть. Сколько у него доступных ресурсов развития, реализации, обмена опытом с волонтерами страны благодаря тому же Интернету! Другой вопрос, как распорядятся ребята этим богатством. Важно, чтобы они вливались в наши ряды. Общаясь с зумерами, я понимаю, что заинтересовать их, найти триггер, приобщить к миссии РКК – задача со звездочкой. Одна из «точек входа» – оценка значимости работы старшеклассника, студента в наших проектах, важная для них. Получается, если хочешь воспитать ребят – начни с себя.

«Быть похожей на деда»

– Чувствуете ли сопричастность к богатой истории РКК?

– Да. С тех пор как в нашем офисном помещении на улице Эмилии Алексеевой во время ремонта мы нашли документы о курсах медсестер в Барнауле периода Второй мировой. Оказавшись в этой исторической точке, всей командой ощутили себя продолжателями гуманитарных традиций страны. Это чувство большой семьи (отделения есть в каждом регионе). Алтайские волонтеры работают всюду, где нужны их руки, знания, силы.

– В силу геополитики связь с зарубежным сектором РКК прервалась. Как это повлияло на деятельность российской организации?

– Да, многие совместные международные проекты сегодня закрыты. Но и в этих предлагаемых обстоятельствах мы смогли перезагрузиться, научиться жить сегодняшними реалиями при поддержке государства и партнеров. Появились новые направления, связанные с изменениями миграционной политики России или ее границ. К вопросам, требующим оперативного разрешения через МИД РФ или уполномоченного по правам человека Татьяну Николаевну Москалькову (поиск людей, пропавших без вести в зоне украинского конфликта), подключается центральный аппарат РКК.

К слову, дорогие читатели «Алтайской правды», будьте бдительны. Часто от имени РКК звонят мошенники, сообщая какую‑либо информацию о родственнике, якобы попавшем в плен. Доверяйте проверенным каналам. Есть, например, горячая линия, ее номер указан на официальном сайте организации. И даже если поиск человека, пропавшего без вести, затянулся, не теряйте надежду.

– А если она призрачна? Приходилось ли вам делать этот сложный нравственный выбор лжи во спасение?

– Как врач говорю, подобное, безусловно, случается. Но правду ведь можно сообщить по-разному и даже в безвыходной ситуации помочь человеку обрести смысл жизни, чтобы идти дальше. Например, если погиб чей‑то муж, брат, отец – продолжить его дело, жить так, чтобы не угасла память о нем. Беречь эту связь поколений, не забывать о том, что сила рода – в правде семейных героев, незримой поддержке тех, кого уже нет с нами. Разрыв между прадедами и правнуками – беда России. Не случайно ведь столько людей изучают сейчас свои родословные.

– Что‑то из личного?

– Мой дедушка по маминой линии старший лейтенант милиции Лев Мовшович Тилемзейгер погиб при задержании опасного преступника и посмертно был награжден орденом Красной Звезды. Случилось это в городе Тайге Кемеровской области, в его честь там улицу назвали. Проститься с ним пришел весь город. Маме моей тогда всего 16 было. Добрую память о нем она хранит всю жизнь. И я, не видевшая деда ни разу в жизни, горжусь им, люблю и понимаю, как правильно он жил – для людей, не для себя, помогал всем, кому мог. Стараюсь быть на него похожей.

РКК спешит на помощь

– А если человеку трудно рассказать о своей беде?

– Чтобы понимать, кто, где и в какой помощи нуждается, работаем с местными сообществами по медицинскому принципу «не навреди». Чтобы, образно говоря, не предлагать микроволновку тому, у кого нет элементарных продуктов. Среди наших федеральных партнеров – благотворительный фонд ретейл-­группы X5 «Выручаем». Он предоставляет подарки для детей из семей социального риска, сертификаты на приобретение товаров в магазинах присутствия и на маркетплейсе «Озон». Подобная модель сотрудничества НКО с предпринимательством хорошо зарекомендовала себя.

– Какие свои потребности люди обычно закрывают, если выдается такая возможность?

– Бывают истории, трогающие до слез. Однажды наш партнер – компания «Ай-чай» передала для детской туберкулезной больницы мягкие игрушки (пингвинчики). Сотрудники потом рассказали, что дети, находящиеся на длительном лечении вне дома, спали с ними в обнимку, и маленькие, и большие. А были ребятишки, для которых эта игрушка стала первой в жизни, не поверите.

Недавно нам передала благодарность бабушка, ухаживающая за внуком-­инвалидом. На подаренный сертификат она приобрела для него памперсы. Да, элементарные предметы ухода стоят немалых денег. Помогали, опять же с помощью бизнеса, приобрести уголь на зиму женщине с онкологическим заболеванием, она одна воспитывает ребенка. Конечно, люди из уязвимых категорий получают поддержку государства, но, бывает, ее просто не хватает на все нужды. И тогда на помощь приходим мы.

– Наступит ли время, когда РКК станет не нужен?

– Жизнь показывает, что вряд ли. У каждого поколения волонтеров – свои вызовы. Нам, например, досталась пандемия коронавируса. Много моих друзей добровольно занимались тогда доставкой продуктов и лекарств, предоставляли автотранспорт, уходили в красные зоны ковидных госпиталей. Ковид прошел, а мы остались. И сейчас остаемся на переднем крае гуманитарной миссии в любых испытаниях. К слову, одно из направлений РКК так и называется – «реагирование в ЧС». Всегда должен быть тот, кто поможет в сложный момент. Подвижничество – подвиг, к которому население давно уже привыкло.