Иван Грозный советского кинематографа

17 ноября исполнилось 110 лет со дня рождения Ивана Пырьева, уроженца Камня-на-Оби, советского кинорежиссёра, сценариста, народного артиста СССР

00:00, 18 ноября 2011г, Общество 2838


После отъезда в трёхлетнем возрасте с Алтая он всего лишь раз приезжал на родину, где земляки его помнили и помнят.

Под фамилией Алтайский

В своей книге «О пройденном и пережитом» Иван Александрович с теплотой вспоминает детские годы. «Я родился в Сибири, на большой судоходной реке Оби, в селе Камень. Родители мои – коренные сибирские чалдоны - крестьянствовали. Кроме работы на полях отец и мать грузили хлебом огромные баржи.

На высоком берегу Оби, где раскинулось наше село, как многоэтажные дома, стояли гигантские деревянные амбары элеватора купцов Второвых, Винокуровых и других. Тысячи пудов пшеницы горами лежали на гладко выметенной земле. Сотни женщин деревянными лопатами ворошили, подбрасывали пшеницу вверх. Одной из этих женщин была моя мать. Грузчиком – мой отец».

Однако в 1904 году во время одного из праздников между грузчиками пристани возникла драка, в которой его отец погиб.

Мать сначала уехала на заработки в Мариинск, что нынче в Кемеровской области, но вскоре отвезла малыша в Енисейскую губернию к дедушке Осипу Камагорову. В большой старообрядческой семье мальчик помогал по хозяйству: пас телят, свиней, гонял лошадей в ночное, был верховым на пахоте, сенокосе и жатве.

Спустя годы Пырьев так вспоминал это время:

- После трудовой недели дед любил париться в бане. Выплеснет на каменку шайку воды, хватается за веник и хлещется до изнеможения. С самого верхнего полка кричит мне: «Лезь сюды, Ванька, парься, закаляйся, сирота, жисть у тебя трудная будет!»

Как в воду глядел. Ивану Пырьеву сполна хватило и хулы, и славы, всю жизнь он работал на износ, переживая падения и взлёты…

Когда Иван окончил трёхклассную школу, мать забрала его к себе в Мариинск, где она жила с торговцем фруктами — татарином Ишмухаметом Амировым, отличавшимся крутым нравом.

По воспоминаниям Ивана Александровича, как-то он не выдержал очередного избиения, схватил топор, бросился с ним на отчима и гнал его по улице городка. В результате Пырьев вынужден был пойти «в люди», пока наконец за три рубля в месяц, пару сапог в год и кормёжку его не приютила торговая группа, где он исполнял всё, что прикажут. И вот однажды зимой 1915 года юный торговец газетами и папиросами на железнодорожной станции пристал к воинскому эшелону, упросив солдат взять его с собой на фронт.

 

«Парень я был весёлый, смышлёный, неплохо пел, плясал, и они (солдаты) полюбили меня, достали мне шинель, дали шапку, надели погоны».

Но после приказа об отправке с фронта всех несовершеннолетних (а Ивану было всего 14 лет) он оказался в тылу. Однако ещё не однажды пытался попасть на фронт, воевал в составе 32-го Сибирского полка, был дважды ранен, имел боевые награды.

В мае 1918 года Пырьев заболел тифом. После выздоровления записался в ряды Красной армии, служил в Екатеринбурге. Параллельно учился в театральной студии губпрофсовета, где произошла встреча с Григорием Александровым – будущим соперником на советском режиссёрском поприще.

Вместе с Александровым они организовали театр для детей, где поставили спектакли «Принц и нищий», «Тролль с Большой горы». А в Уральском пролеткульте Пырьев около трёх месяцев под фамилией Алтайский играл небольшие роли в профессиональной драматической труппе.

«Я учился, работал, играл в спектаклях, выступал в клубах (читал стихи), был секретарем партийной ячейки, активным организатором субботников и даже... играл в футбол. День мой начинался с 6-7 утра и кончался в 2 часа ночи... Полуголодный, усталый, я еле добирался до своего угла, который снимал за полпайка, и засыпал с верой в победу мировой революции... Было хорошее, революционное время для искусства. Шло обновление, ломалось старое, традиционное. Шли поиски новых форм и новых путей», – вспоминал Иван Александрович.

Летом 1921 года Пырьев и Александров решили попытать счастья в Москве, были приняты в Первый рабочий театр Пролеткульта. Здесь судьба свела их с кинорежиссёром Сергеем Эйзенштейном, который много позже вспоминал: «Ко мне пришли держать экзамен два парня-фронтовика, оба в шинелях и с рюкзаками за спиной. Один был голубоглаз, обходителен, мягок. Другой был груб и непримирим, склонен к громовому скандированию строк Маяковского и к кулачному бою больше, чем к боксу. Сейчас они оба - кинорежиссеры. Один – Григорий Александров, другой – Иван Пырьев».

А писатель Сергей Довлатов в «Записных книжках» описывает курьёз, сыгравший, вероятно, свою роль в дальнейшей судьбе великих режиссёров. Ученики Эйзенштейна в ту пору ютились у него в общежитии Пролеткульта. Однажды у Сергея Михайловича пропал примус. И Эйзенштейн рассудил так: Александров – модернист и западник, которому старомодный примус должен быть морально чужд. А вот Пырьев – он, как говорится, из народа…

Так они пошли каждый своим путём. Стали основателями двух направлений советской музыкальной кинокомедии. Александров работал в традициях Голливуда. Его картины «Весёлые ребята», «Цирк» бывший друг презрительно называл «буржуазным кино». Это действительно был слепок с американских мюзиклов, блокбастеров того времени. Сам же Пырьев снимал кино в народном духе…

Путь к зрителю

После окончания в 1923 году актерского отделения Государственных экспериментальных театральных мастерских (ГЭКТЕМАС) Иван Александрович продолжил обучение и на режиссерском отделении. После того, как сыграл роль клоуна в эксцентрической короткометражке «Дневник Глумова», был ассистентом режиссёра, сценаристом, и, наконец, загорелся сам делать кино.

Помог случай. На кинофабрике снимался фильм «Посторонняя женщина» по сценарию Николая Эрдмана и Анатолия Мариенгофа, рассчитанный на летнюю натуру, а дождливое лето 1928 года уходило. Пырьев быстро переписал сценарий и за три месяца доснял сатирическую комедию.

А в 1931 году снял сатирический фильм «Государственный чиновник». Однако картина подверглась жёсткой критике – чиновники считали, что в социалистическом обществе нет места сатире. Пырьеву пришлось скрепя сердце переделать картину, но и это не помогло – лента «легла на полку». Такая же судьба ждала и его следующий фильм «Деревня последняя» – о возникновении колхозов и борьбе с кулачеством. Режиссёра попросту отстранили от постановки «за противопоставление интересов картины интересам государства».

Но одна из следующих его картин - «Партийный билет» - привлекла внимание Иосифа Сталина – главного критика и вершителя судеб творческой интеллигенции. Пырьев принялся снимать фильм «Анка» по сценарию Катерины Виноградской — драму о разоблачении кулака, укравшего у своей жены партийный билет, чтобы передать его шпионке. И хотя картину пришлось переделывать, потому что вождю в первом варианте показались недостаточными политическая бдительность и непримиримость героини, фильм, получивший новое название - «Партийный билет», пошёл в широкий прокат.

О Пырьеве наконец заговорили как о мастере. После выхода на экраны в 1939 году музыкальной комедии «Богатая невеста» в этом уже никто не сомневался. Картина, пронизанная стремительным ритмом, красотой, задором и доброй весёлостью, была с восторгом встречена зрителем, так же как вышедшие через год «Трактористы», а ещё через два – «Свинарка и пастух». Во всех этих фильмах главные роли исполняла Марина Ладынина – вторая жена Ивана Александровича.

Народное кино

Разработанная Пырьевым поэтика бесконфликтной лирической комедии, воспевающей труд, стала своеобразным эталоном советской комедии 1930-х годов. Музыкальная народная сказка Ивана Пырьева и Марины Ладыниной была главным оружием в творческом соперничестве с мюзиклами, снятыми на буржуазный манер Григорием Александровым с Любовью Орловой. Обаятельная простушка Ладынина успешно противостояла кукольно красивой на американский лад Орловой.

Пырьев стал родоначальником нового советского типа фильма – идеологически безупречного, но и отвечавшего запросам массового зрителя. Его фильмы «о народе и для народа», несмотря на то что были комедией, хоть и лирической, музыкальной, по существу являлись киносказкой. В них рассказывалось о борьбе добра и зла, о стремлении героев к счастью с неизменным финалом в виде свадебного пира. Песни, звучавшие в фильмах Пырьева, пела вся страна, а мажорные сцены вдохновенного труда, соревнование колхозных бригад, дружба народов передавали энтузиазм советских людей.

Эту модель фильма не сломала даже Великая Отечественная
война. В картины, снятые в ту пору, лишь были внесены суровый драматизм и пафосный героизм, иные песенные мотивы.

Вот в каких условиях, к примеру, создавался фильм «Секретарь райкома». В 1942 году, когда Красная армия ещё отступала, Сталин вызвал к себе председателя кинокомитета Ивана Большакова и приказал снять за три месяца фильм о партизанах. Председатель в надежде, что ослышался, потому что невозможно сделать кино за столь короткий срок, переспросил главного кинозрителя страны: «Фильм документальный, товарищ Сталин?» – «Художественный, – отрубил вождь. – Полнометражный, с актёрами. Дайте поручение Пырьеву. Выполняйте».

В итоге сценарист Иосиф Прут уже через сутки предложил сюжет. Поставили два ряда столов с машинистками, и сценарист диктовал им сцены, которые затем тут же обсуждались и дорабатывались с режиссёром, оператором, актёрами. После завершения работы над сценарием
Иосиф Прут потерял сознание. Но через три месяца фильм вышел на экраны.

А в 1944 году, когда советские войска перешли в наступление, Пырьев вернулся к жанру музыкальной лирической комедии, сняв «В шесть часов вечера после войны». Однако это был самый настоящий мюзикл, которого советский кинематограф ещё не знал. Режиссёр представил, какой будет радость победы, — с салютом и счастливыми людьми, высыпавшими на ярко освещённые площади и улицы Москвы. И творческое предсказание режиссёра сбылось.

Мюзиклом можно назвать и следующие работы Пырьева: «Сказание о земле Сибирской», снятое уже после войны, в 1948 году, и «Кубанские казаки», вышедшие на экраны в 1950-м, за которых режиссёру присвоили звание народного артиста СССР.

В киношных кругах в ту пору ходила шутка-загадка о звёздной паре Пырьев - Ладынина: «11 лауреатов в одной постели. Угадайте, кто?» - «Иван – шесть, Марина – пять». А у Александрова и Орловой было всего четыре Государственных премии на двоих.

Обращение к классике

После смерти «вождя народов» Иван Пырьев пережил серию нападок, его начали обвинять в «лакировке действительности».

И он неожиданно для всех перестал снимать комедии и устремился в документальное кино, сделав три «проходных» картины о молодёжи. Потом вновь обратился к сельской теме, бытовым картинам, таким как «Испытание верности», «Наш общий друг», которые трудно отнести к творческим удачам режиссёра прежде всего из-за слабости сценариев.

Наконец, Пырьев взялся за творчество Фёдора Достоевского. В 1958 году снимает «Идиота», затем – «Белые ночи». Но если в первой из картин он добивается несомненного успеха, то вторая потерпела неудачу. Как отмечали критики, в «Белых ночах» «не было завораживающего волшебства пустынного ночного Петербурга, не было щемящего ощущения неосуществимости мечты, недосягаемости счастья...».

В конце жизни он начал снимать «Братьев Карамазовых». Однако успел завершить лишь две серии из трёх, скончавшись 7 февраля 1968 года. Последнюю уже без него сняла творческая группа Кирилла Лаврова и Михаила Ульянова.

Его фильмы - часть сталинской пропагандистской политики, направленной на воспитание советского народа в духе бездумной, фанатичной преданности компартии и лично «вождю народов». Однако, как ни странно, в КПСС он вступил лишь в 1956 году, уже после смерти Сталина.

Режиссёр в своих фильмах действительно показывал жизнь не такой, какая она есть, а какой она должна быть. К примеру, изобилие продуктов на колхозных рынках в «Кубанских казаках» – в то время, когда страна жила впроголодь. Но фильмы Пырьева вселяли в людей уверенность, что так скоро и будет.

Его вклад в создание феномена советского кино огромен. В качестве директора «Мосфильма» он вытащил советское кино из малокартинья, создал Союз кинематографистов СССР, придумал Высшие курсы сценаристов и режиссёров.

Иван Александрович обладал даром собирать вокруг себя таланты. Теперь это называется «продвинутый продюсер». С ним работали выдающиеся мастера кино: Марина Ладынина, Николай Крючков, Пётр Алейников, Фаина Раневская, Владимир Зельдин, Клара Лучко, Осип Абдулов, Михаил Жаров, Борис Андреев, Юрий Яковлев, Юлия Борисова, Андрей Мягков, Михаил Ульянов, Кирилл Лавров, Вера Васильева и многие другие.

От хвалы до хулы

Уважая и побаиваясь его, кинематографисты между собой называли Ивана Пырьева Иваном Грозным.

Например, композитор Тихон Хренников, написавший музыку к фильму «Свинарка и пастух», так характеризовал его: «Он был очень суровый человек. На съемках его боялись».

Сотрудники, работавшие с Пырьевым, говорили, что Иван Александрович не любил людей, боявшихся его неумеренных резкостей, с уважением относился к умеющим постоять за себя. Это похоже на правду.

Его любили и ненавидели, хвалили и ругали. На обвинения в наивной сентиментальности и приукрашивании действительности режиссёр отвечал: «Я люблю искусство праздничное, взволнованное, вскормленное живыми соками жизни, но чуточку стоящее над ней, тянущееся ввысь, а не стелющееся по земле».

Он был человеком огромного темперамента и эмоциональности, обладал неуравновешенным характером, работал на износ и такого же отношения требовал от окружения.

Получив должности, режиссёр постепенно превращался из художника в чиновника. Когда в 1954 году стал директором «Мосфильма», распробовал вкус власти, всё азартнее вмешивался в чужие жизни, ломал судьбы молодых артисток за то, что они отказывались отвечать на его ухаживания, и даже завёл чёрный список. В нём оказались Людмила Марченко, Клара Лучко и наша землячка Екатерина Савинова, блестяще исполнившая роль Фроси Бурлаковой в фильме «Приходите завтра» и посмевшая дать пощёчину пожилому ухажёру, который затем перечеркнул её карьеру. А знаменитую Марину Ладынину после развода с Иваном Пырьевым не только не снимали в кино, но даже не принимали на работу ни в одном московском театре.

В Камне-на-Оби, по словам его последней жены Лионеллы Скирды-Пырьевой, он не был с детства, хотя собирался приехать. Дом, где он жил, в городе не сохранился. О великом земляке напоминает лишь исполненная в виде киноплёнки мемориальная доска на здании местного кинотеатра «Звезда».

Во второй половине 1962 года Пырьев приезжал в Барнаул, встречался со зрителями в кинотеатре «Родина», работниками комбината химических волокон, партхозактивом и творческой интеллигенцией Барнаула. Анатолий Мельников, работавший в ту пору начальником управления ЖКХ края, а затем председателем Барнаульского горисполкома, участвовавший в этой встрече, сожалеет о том, что тогдашнее руководство края и Камня-на-Оби не присвоило великому земляку полагающееся ему звание почётного гражданина края и города.

Как отмечала 13 ноября 2001 года на встрече со зрителями в Камне-на-Оби Лионелла Скирда-Пырьева, «родственников, как он говорил, здесь нет. Связь со своими родными он утратил очень давно». Однако в апреле 2009 года сотрудники Каменского музея рассказали мне, что как-то в их музей заезжал двоюродный брат кинорежиссера по фамилии Гречухин. Его отец, родной дядя Ивана Пырьева, работал у купцов Винокуровых приказчиком. Когда он умер, мать вышла замуж за Гречухина, переписавшего её детей на свою фамилию. В годы Гражданской войны отчим оказался в стане белогвардейцев. Это обстоятельство, вероятно, вынуждало его потомков не афишировать родство со знаменитым советским кинорежиссёром.

Сейчас фильмы Ивана Пырьева изредка показывают по телевидению, Их, конечно же, с удовольствием смотрит старшее поколение. Молодым они кажутся наивными, «пафосными», «картонными». Однако, как бы там ни было, это была эпоха, которую не вычеркнуть из истории страны, так же как не вычеркнуть из мировой кинематографии большого мастера режиссуры, нашего земляка Ивана Пырьева.

Новости