103 года исполнится ветерану ВОВ из Алтайского края

В этом месяце исполнится 103 года жительнице Новоалтайска – труженице тыла и вдове ветерана Великой Отечественной войны Марии Корнишиной. Работая диктором на местном радио в сороковые роковые, именно она объявляла о нападении фашистов, а также о капитуляции врага. Накануне Дня Победы журналисты «АП» побывали в гостях у этой удивительной женщины.

«Бог давал сноровку…»

Едва мы переступили порог, как Мария Алексеевна с внучкой Еленой пригласили нас к столу, где уже все было приготовлено для чаепития… Сразу почувствовалось, что в этой уютной квартире так привыкли встречать гостей. Недавно сюда приходили представители Министерства соцзащиты и администрации Новоалтайска, которые вручили Марии Корнишиной медаль в честь 80-летия Победы, делится с нами радостью хозяйка. По словам женщины, она даже не думала, что такой момент наступит в ее жизни.

– Я никогда сильно в будущее не заглядывала, – улыбается Мария Алексеевна. – Всегда делала то, что от меня требовалось, и каждый день приносил новые заботы. Бог давал мне какую-то сноровку, и мне удавалось все преодолеть. Решала сложные задачи, людям помогала, слышала в ответ только слова благодарности.

Недавно полученная награда далеко не единственная у Марии Корнишиной. Среди тех, которые особенно дороги, медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Ее вручили в декабре 1945 года.

Непростое детство

Рассказывать Мария Корнишина и сейчас умеет так, что заслушается любой. Чувствуется серьезный дикторский опыт. И мы на два часа погрузились в историю ее непростой жизни, о которой, пожалуй, можно было бы снять фильм.

Родилась она в селе Ахматово Тамбовской области. Ее родителей, занимавшихся крестьянским хозяйством, сочли в 1927 году чересчур зажиточными. Раскулачили и отправили на Дальний Восток, в город Свободный. Там жизнь семьи наладилась, но в 1937-м, когда Мария была уже в 10-м классе, отец вновь стал неугодным власти. После обыска в доме забрали три обреза ткани, так как других «богатств» не нашлось, и самого отца. Его признали врагом народа.

– Отца мы больше не видели, а маме он сказал: «Спасайся как можешь», – вспоминает Мария Алексеевна. – У нас в семье было трое детей. В июне я окончила 10-й класс, но аттестат получить не успела. За нами приехал «черный ворон», а мама заранее сложила в большую ванну наши вещи да еще швейную машинку и мою гитару. Я играла на ней, пела немножко. На поезде «неблагонадежных», которых набрали несколько вагонов, повезли в Сибирь. По дороге заболел трехлетний братик, маму с ним сняли с поезда. И она даже забыла оставить нам с сестрой денег.

К пункту назначения поезд пришел ночью, всех высадили, и они разошлись. Только девочки не знали, куда им пойти. Стоя­ли под дождем и плакали, когда к ним подбежали местные подростки-беспризорники. Спросили: «Чего вы тут ревете?»

Сначала вроде хотели забрать их вещи из той самой ванны, но, увидев гитару, поинтересовались, не сможет ли Мария сыграть им «Мурку». Как только мелодия была исполнена, мальчишки передумали грабить девочек, помогли им добраться до вокзала. Стало понятно, что приехали они в Новосибирск.

В Чесноковку, как до сих пор Мария Корнишина называет Новоалтайск, сестры попали вместе с попутчицей – матерью четверых детей, которая к тому же еще была на сносях. Она какое-то время опекала девочек, но наступил момент, когда они остались одни и 15-летней Марии нужно было позаботиться о себе и семилетней сестре. Перебрав вещи, девушка решила продать на базаре свое пальтишко, которое родители купили ей, когда она училась в 8-м классе. Стала предлагать свой товар и вдруг услышала голос мамы. Этот момент Мария Алексеевна вспоминает со слезами.

– Оказалось, мама братика схоронила, стала нас искать, поехала следом, – говорит Мария Корнишина. – И так получилось, что она оказалась в Чесноковке на базаре, когда я туда пришла с пальтишком своим. У мамы были деньги, мы и дом купили.

Выбрали среди других

Таких судьбоносных совпадений в истории Марии Алексеевны много. Даже при выборе работы было не все так просто. Сначала вместе с подружкой они хотели устроиться раздатчицами в столовую, но их отговорили, так как стала востребована грамотная молодежь для обучения детей в школах. Но и этот путь оказался не для Марии. Пока она дожидалась приглашения на курсы, ее позвали на другие – освоить специальность инвентаризатора в бюро, которое затем страховало дома по всему Алтайскому краю.

– Начала работать, и все меня стали уважать, – улыбается Мария Алексеевна. – И в комсомол я вступила, потом меня повысили, стала заведующей бюро.

Работа в радиорубке, которую открыли в Чесноковке, была комсомольским поручением, за которое Мария Корнишина два года не получала никакой зарплаты, а затем небольшое вознаграждение.

– Желающих стать диктором было много, но выбрали меня среди других. Послушали голос, оценили, решили, что есть дикция, речь грамотная, – говорит Мария Алексеевна. – Потом, уже после войны, более 20 лет бессменно работала на радио.

По словам Марии Корнишиной, тот день, 22 июня, когда пришлось объявлять страшную новость, она помнит в деталях. Было воскресенье, теплое, солнечное.

– Мы решили организовать праздник на площади отдыха, где росли красивые березы, – вспоминает она. – Головной буфет взялся настряпать печенюшек. Молодежь устроила временную танцплощадку. У нас появился не знаю как свой духовой оркестр. А в самый разгар гуляний, часов в 12, подбежал ко мне мальчишка. Говорит: «Мария Алексеевна, вас срочно требуют в военкомат! Война началась. Сказали, чтобы вы объявили по радио…» Я побежала скорее в рубку. На столе уже текст лежал, и председатель колхоза, который был там, сказал, чтобы я читала.

Военнообязанным приказали находиться дома, ждать повестки, которые активисты-комсомольцы доставляли. К следующему утру вся Чесноковка, не только военнообязанные, пошла на вокзал. Мужчин увезли в Бийск, где находился главный пункт сбора. Ночью поезд с ними проходил уже на Новосибирск через станцию Алтайскую. Их родные в надежде повидаться пришли на железную дорогу, но вагоны не открыли. Женщины кричали, звали своих по именам. Слышали ли их солдаты, неизвестно. Затем стали ждать треугольники. Они приходили с адресами, где обозначалась только воинская часть и фамилия. Вскоре стали доставлять похоронки. Первые оплакивали всей деревней, а потом их стало столько, что уже каждый оплакивал свою.

Мария Корнишина тоже ждала вестей от своего мужа Якова, который ушел на фронт в августе 1942 года.

– Свадьба у нас была в мае 1941-го, – говорит Мария Алексеевна. – Стали жить, и вот она война. Муж ушел, я осталась беременная, родила дочку, с ней провела свою молодость, войну… Знаете, я тогда чувствовала себя не взрослой женщиной, а просто девчонкой. Советская власть казалась нам самой лучшей. Не замечали, что мы бедные, необеспеченные. Нам казалось, что живем прекрасно. Все у нас хорошо, никогда не жаловались, что нам нечего есть, надеть.

Мария Корнишина не отказывалась ни от какой работы, общественных поручений. Особенно запомнилось, как поставили ей задачу разделить 30 гектаров покосов для тех жен бойцов, ушедших на фронт, у которых были коровы. Это были заливные луга.

– Я думала, сойду с ума, не спала. Никогда же этим делом не занималась, а, кроме того, там кочки, а между ними еще и ямы, – вспоминает Мария Алексеевна. – Не стала отказываться. Составила списки, у кого корова, разметила, когда кому приходить. Шесть женщин пришло, отправились мы на покос. Сделали палку – сажень двухметровую. Надо был разметить каждой ровно, никого не обидеть. Я нарисовала схему, и разделить получилось. Женщины все остались довольны. И так каждый год потом делила.

С этими покосами связаны и приятные воспоминания. Например, как в одной из ям, заполненных водой, оказалась огромная щука, которая пошла на уху. И как собирали клубнику возле села Жилино, где тоже косили траву. Уродилось ягоды столько, будто специально постаралась природа помочь чем-то измученным женщинам.

9 мая Мария Корнишина объявила из той же радиорубки о Победе. Радости чесноковцев не было предела. А ее муж Яков пришел с войны в сентябре 1946 года после ранения, с осколком в теле, который нельзя было вытащить.

– Яша дважды в бою был и вышел оттуда живым и здоровым, – говорит Мария Корнишина. – Но после второго боя солдат позвали обедать на полевую кухню. Он подошел и увидел, что повар там – его односельчанин Пётр Николаевич. Они отошли в сторону, обнялись. И в это время летел фашистский самолет. Сбросил бомбы на полевую кухню. Кто рядом был – погиб, а Яшу и Петра Николаевича ранило, контузило. Их потом в разные госпитали отправили, больше они и не виделись.

Было много счастливых семейных лет, радостных и печальных событий, труда. Сейчас Мария Корнишина окружена заботой внуков, правнуки приходят в гости. И еще она продолжает читать книги. После каждой, по ее словам, две недели находится под впечатлением.