Экстремистская сущность колумбайна: «суррогат героизма»

10:58, 08 октября 2021г, Общество 656


Президент России Владимир Путин в 2020 году своим указом утвердил новую редакцию Стратегии противодействия экстремизму. В новой версии Стратегии появилось упоминание о том, что экстремизм создает реальную угрозу политической и социальной стабильности в России. Одной из внутренних угроз впервые названа идеология насилия и ее распространение.

Эту проблему мы попросили прокомментировать начальника департамента по взаимодействию с федеральными органами государственной власти Администрации Губернатора и Правительства Алтайского края Игоря Викторовича Федорова, в недавнем прошлом офицера ФСБ с большим опытом и стажем работы в органах безопасности.

– Игорь Викторович, ответьте, пожалуйста, что такое экстремизм и чем он опасен для государства, для всех нас?

– В общепринятом смысле экстремизм – это приверженность к крайним взглядам, для утверждения или распространения которых могут использоваться и радикальные действия, в том числе сопряженные с насилием. Основой экстремизма всегда является агрессия. Поэтому под определение «экстремистские» могут подпадать действия как отчаявшихся или неуравновешенных одиночек, так и спланированные акции идеологов радикальных организаций, преследующих четкие цели и использующих их в качестве тактики борьбы.

Экстремизм – это основа и идеология терроризма. Я бы сказал, что наиболее опасна идеология так называемого духовного экстремизма, который развивается на основе милитаристской эстетики, модной сейчас в молодежной среде, куда входят культ оружия и военизированные компьютерные игры.

Духовный экстремизм создает идейные предпосылки для террористической деятельности одиночек, которая нередко рассматривается как следствие психической ненормальности, хотя действия многих террористов-одиночек носят вполне осмысленный характер.

– Игорь Викторович, как человек, имеющий серьезный опыт в сфере противодействия преступлениям экстремистской и террористической направленности, какие экстремистские угрозы вы видите в современной ситуации в России?

– Я бы назвал новой формой экстремизма деятельность скулшутеров. Мы имеем двукратный рост числа вооруженных нападений на учащихся и преподавателей. Особую озабоченность в последнее время вызывают участившиеся так называемые акции насилия террористов-скулшутеров в образовательных организациях. По данным спецслужб, более 70 тысяч подростков по всей России состоят в интернет-сообществах, посвященных героизации так называемой школьной стрельбы, или скулшутинга. Мы можем констатировать, что в отечественной молодежной и даже подростковой среде присутствует культ массовых убийств в учебных заведениях. Полагаю, что скулшутинг тоже следует рассматривать одновременно как деструктивную субкультуру, экстремистское движение и культ. И это одна из самых опасных форм экстремистского поведения.

Думаю, в большинстве случаев мы имеем дело с курируемой из-за рубежа деятельностью по распространению на территории России экстремистской идеологии, которая склоняет молодых людей к акциям террора и воспитывает террористов-одиночек.

На первый взгляд все просто – юноша или подросток (девушки пока в скулшутинге замечены не были) испытывает ненависть к окружающим, добывает оружие (в том числе законным путем), приходит с ним в учебное заведение и пытается убить наибольшее число людей, затем совершает самоубийство или надеется, что будет убит. Однако анализ случаев скулшутинга в России с 2014 по 2021 год показывает, что мы имеем дело с так называемыми террористическими актами без требований, сопровождающимися аутоагрессией (в итоге стрелку придется быть убитым или убить себя).

– Игорь Викторович, неужели есть какая-то параллель между экстремизмом, терроризмом и скулшутингом?

– Терроризм – это крайнее проявление экстремизма, связанное с насилием, угрожающее жизни и здоровью граждан. Видите ли, поведение вооруженного человека, который нападает на школу, то есть совершает террористический акт, – это, безусловно, сложное экстремистское поведение со сложными компонентами.

По моему мнению, скулшутер и террорист-смертник имеют практически схожие психологические характеристики, цели и аргументы. И скулшутером, и боевиком-террористом движет чувство несправедливости, желание мести и принятие милитаризованного сценария действий, в которых насилие рассматривается как средство решения проблем. Обратите внимание, из практики антитеррористической деятельности известно, что для членов боевых террористических организаций, участвовавших в терактах, характерны представления об историческом или политическом обидчике и наличие потребности в его наказании, конфликт с родителями или окружением, жизнь, сопровождавшаяся утратами (дома, близких, имущества и т. д.), доступ к оружию. Для личности скулшутера, совершающего акт насилия, также присущи конфликт с окружением, унижения, депрессия, потеря близких, доступ к оружию. И боевики-террористы, и террористы-скулшутеры обладают милитаризованным сознанием, суицидальным поведением, длительно планируют акт насилия, обзаводятся оружием, добывают планы зданий, формируют маршрут, то есть сознательно готовят террористический акт и, говоря юридическим языком, желают наступления преступных последствий своих действий.

Спецслужбам России с 2017 года удалось предотвратить 78 террористических актов, которые готовили последователи в том числе экстремистской идеологии скулшутинга. Обращают на себя внимание выявленные факты внешнего контроля действий террористов-скулшутеров. Практически все отечественные террористы-скулшутеры были активными пользователями не только специализированных интернет-сообществ и потребителями продуктов милитаризованных компьютерных игр, но и имели интернет-контакты с некими зарубежными блогерами и кураторами, которые провоцировали скулшутеров к совершению террористических действий.

К примеру, Александр Онуфриенко, задержанный 21 февраля 2019 года сотрудниками УФСБ России по Хабаровскому краю, планировал устроить стрельбу в средней школе № 30 Хабаровска, где он раньше учился. При обыске в квартире были обнаружены и изъяты символика school shooting, поясная разгрузка для переноски боеприпасов, обрез двуствольного охотничьего ружья 16-го калибра и 95 патронов к нему. Осужденный на восемь лет лишения свободы Онуфриенко позже рассказал о контактах и влиянии на него определенных зарубежных русскоязычных блогеров, обещавших помнить его как героя. Владислава Рослякова, погубившего 21 человека в Керченском политехническом колледже, курировал представитель украинско-бандеровской неонацистской группировки.

В Барнауле в апреле текущего года сотрудники УФСБ по Алтайскому краю задержали молодого человека, готовившего теракт в соборной мечети, состоявшего в организации «Этническое национальное объединение», которая координировала националистов Украины, Белоруссии и России для организации террористических акций. У задержанного изъяли взрывчатое вещество, инструкции по изготовлению самодельных взрывных устройств, экстремистскую литературу и телефон с фотографиями выбранных объектов, которые юноша направлял украинскому куратору.

По данным спецслужб, на территории России в различных социальных сетях действуют более 300 аккаунтов (групп), в которых размещены публикации о намерении напасть на образовательную организацию или совершить иные поступки экстремистского характера. В одной только социальной сети «ВКонтакте» движению скулшутинга посвящено 50 молодежных групп. Данные 
паблики имеют значительное количество подписчиков и резервные аккаунты на случай блокировки. К сожалению, блокировка подобных сообществ происходит ситуативно и лишь после очередного
преступления.

– Игорь Викторович, в Алтайском крае, насколько мне известно, проявления скулшутинга отмечены не были. Есть ли угрозы проявлений экстремизма в нашем регионе?

– Меня очень беспокоит милитаризация сознания молодежи, увлечение чуждыми нашей национальной идентичности, нашей исторической памяти символами и идеологиями, в частности, эмблемами организаций, связанных с фашизмом и неонацизмом. В полномочия департамента, которым я руковожу, включены меры профилактики, направленные на недопущение распространения экстремизма и идеологии терроризма в регионе. Департамент курирует краевую межведомственную комиссию по противодействию экстремизму. В связи с чем мы активно взаимодействуем с правоохранительными органами и спецслужбами, с органами местного самоуправления, в результате чего получаем многоплановую информацию о ситуации на территории всего края. К сожалению, могу констатировать, что в подростковой среде имеют место факты увлечения неонацистской символикой. Вот недавно в Локтевском районе молодые люди 17 лет зачем-то при помощи напольного покрытия выложили свастику на детской площадке и объяснили это влиянием Интернета.

Я считаю, что в школах и колледжах недостаточно уделяют внимание проблеме радикализации и милитаризации сознания молодежи. В школах на классных часах нашим детям не рассказывают об опасности суицидальных и радикальных сайтов в сети Интернет, о нацизме, экстремизме и терроризме. То есть наши дети об этом практически ничего не знают. А как же предмет «Основы безопасности жизнедеятельности», неужели в рамках ОБЖ нельзя проинформировать детей об угрозах того же колумбайна. рассказать детям, что терроризм и экстремизм – это не термины из виртуального игрового пространства.

Президент России В.В. Путин на дискуссионном клубе «Валдай» упомянул о колумбайне как о суррогате героизма. Этим высказыванием можно охарактеризовать экстремизм и терроризм, вместе взятые, – это суррогат героизма, политизированный, милитаризованный, вероисповедный, какой угодно.

Пока мы не обращаем внимание на наших детей, по 12 часов в день проводящих в сети Интернет, они потребляют суррогатный контент, который и приводит некоторых из них к суррогатному героизму. В свое время лидер одной радикальной националистической организации заявлял прямо: «Нам для начала не нужна власть, отдайте нам детский сад!». Поэтому могу сказать с уверенностью – в информационном пространстве идет битва за сознание молодежи, и в этой битве нам придется непросто.

Замечу, что на муниципальном уровне проблему экстремизма и радикализации молодежной среды ряд руководителей считает недостаточно серьезной. А вот мой предыдущий служебный опыт говорит об обратном. Поэтому будем проводить разъяснительную работу и мобилизовать местные органы власти, районный и городской актив, в особенности преподавателей учебных заведений, на активную профилактическую работу по противодействию экстремизму.

– Игорь Викторович, какие ограничения, поражения в правах, кроме реального срока или условного заключения, предусмотрены для людей, которые когда-либо участвовали в экстремистской деятельности?

– Лицу, участвовавшему в осуществлении экстремистской деятельности, может быть ограничен доступ к государственной и муниципальной службе, военной службе по контракту и службе в правоохранительных органах, а также к работе в образовательных учреждениях и занятию частной детективной и охранной деятельностью.

– Игорь Викторович, что бы вы рекомендовали в качестве каких-либо превентивных мер?

– Решение проблемы может быть только комплексным – должны быть запретительные меры, законодательные акты и социальные решения. Среди запретительных мер считаю необходимым признание идеологии скулшутинга экстремистской и выявленных интернет-организаций колумбайна экстремистскими. Необходимо также применять превентивные меры в отношении лиц, состоящих в определенных суицидальных милитаристских сообществах, что позволит пресечь активность тех носителей идеологии, которые уже начали свою деятельность в России.

Хочу добавить, что первая защита от экстремизма – это наша с вами историческая память, любовь к Родине, культурные ценности – это наш культурный иммунитет. Это и есть противодействие всем тем экстремистским идеологиям, которые отрицают за нашим государством и обществом право на существование.

Справочно:

В сентябре 2020 года в Московской и Кировской областях, а также в Красноярском крае и других регионах России сотрудниками ФСБ были задержаны 13 молодых людей в возрасте до 20 лет, готовивших массовые убийства в различных учебных заведениях. У них нашли инструкции по изготовлению зажигательных и взрывных устройств, схемы нападений, четыре готовые самодельные бомбы с поражающими элементами, компоненты для их сборки, а также хранящееся с нарушениями охотничье, травматическое и холодное оружие.

Экстремизм (от лат. extremus – «крайний, чрезмерный») – приверженность крайним взглядам, методам действий (обычно в политике). В Российской Федерации запрещены судами различной юрисдикции более 70 экстремистских и 33 террористические организации.

Новости