В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные»

11:14, 14 сентября 2025г, Общество 988


В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Фото №1
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Фото №2
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Фото №3
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Фото №4
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Миниатюра №5
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Миниатюра №5
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Миниатюра №5
В Алтайском крае начались съемки первого документального фильма в рамках проекта «Несломленные» Миниатюра №5

Записи шли на барнаульских киностудиях «Маяк» и «Фабрика», в Рубцовске – на родине участника СВО, 24‑летнего Михаила Попова, которому удалось выжить на линии огня в течение семи дней без пищи и воды.

Позывной Мияги

Герой, о котором пойдет рассказ в сорокаминутной картине, живет в Рубцовске. История нашего земляка Михаила Попова, добровольцем отправившегося на СВО, облетела всю страну. Хроника его подвига транслировалась по федеральным телеканалам. Сохранились документальные кадры, снятые российским дроном-«поводырем». На них видно, как Мияги (позывной Михаила Попова) на горном мотоцикле стремительно несется по лесополосе к вражескому дзоту. Кругом рвутся снаряды, противник забрасывает бойца гранатами, а он бесстрашно летит вперед. Все его товарищи, отправившиеся вместе с ним выполнять задание, погибли. И только он остался жив. В свое чудесное спасение до сих пор не может поверить: «Я просто физически не мог там выжить, в этом перекрестном огне. Наверное, я переродился. В тот момент Мияги погиб, а Михаил остался жить».

И впрямь история его выживания кажется невозможной без помощи высших сил. В Угледаре шли ожесточенные бои. Многие в тот день погибли. Михаил вспоминает, что, когда его мотоцикл подорвался, он сам упал на землю без сознания и очнулся на следующее утро. Вокруг лежали мертвые тела. Он стал проверять, жив ли кто‑нибудь из товарищей, но безрезультатно. Тогда Михаил начал искать воду и пищу. С собой никаких припасов наши бойцы не взяли, надеясь на быстрое возвращение. И потянулись долгие дни и ночи. Воды нет, пищи нет. Спасли сигареты, которые Мияги обнаружил в рюкзаке погибшего товарища, да листья, намоченные дождем.

Найти дорогу к своим было не так‑то просто: вражеские дроны искали жертву. Михаилу приходилось в случае опасности прикрывать себя трупами. Особенно легко ночью было попасть под обзор тепловизоров. Но Бог берег Мияги, и постепенно наш молодой земляк сориентировался на местности: вспомнил, откуда он выезжал в составе штурмового отряда. Когда к горлу подкатывало противное чувство страха смерти, он ложился навзничь, смотрел в небо и мысленно разговаривал с родными. Просил прощения у отца и матери; у любимой девушки, которой в отпуске успел сделать предложение руки и сердца. Клялся, что, если выживет, проживет отведенное ему время с пользой. На седьмой день своих мытарств он потерял всякую осторожность, решил: будь что будет. Вынул пластины из бронежилета, иначе ему с раненой ногой было не встать. Опершись на автомат, Михаил двинулся к своим. В ближайшей лесополосе его окликнули:

– Ты русский?

– А вы русские? – спросил наш боец с надеждой.

– Да.

Военные оказались из соседнего полка. Первым делом они его накормили, напоили. А потом уже сказали Мияги, что он чудом прошел через минное поле!

Символ – храм

Когда Михаил добрался до своего полка и встретился с другом и наставником Персом, заплакал. Вдвоем они просидели всю ночь, изливая друг другу душу. Тогда Перс признался: когда истекли 5 суток и надежда на возвращение Мияги стала зыбкой, позвонил своей матушке. Та вместе с односельчанами встала в храме на молитву за здравие Миши. Молились за него и родные. Жена Регина вспоминает, как ей каждую ночь снилось, что она пропустила звонок от него. Эмоциональное состояние девушки довольно точно передала в фильме актриса Молодёжного театра Алтая Ярослава Волошина. Слова монолога написала я, ставшая сценаристом проекта «Несломленные». Строчки родились ночью. Я представила, как мучается девушка в ожидании возвращения любимого. Сцену решено было сделать в темном зале. Девушка склоняет голову перед иконой, плачет. Просит помочь, воет от горя и беспомощности:

«Больше ничего нет. Мир исчез. Твои прикосновения – вода. Твои слова – пища. Время течет непоправимо медленно. 1 час, 2 часа, 3 часа… Сердце сбивается в одну большую истерику. Что‑то ноет внутри. Пищи я не жду, воды хватит еще на сутки. Продержаться… Господи, перестань посылать почтальона, у которого нет писем для меня…»

Посмотрим, как будут сопереживать этот эпизод вместе с героиней зрители, но на съемочной площадке волна энергетики, исходящая от актрисы, пробивала насквозь.

Первые съемочные дни были на киностудиях в Барнауле. Чтобы сэкономить и без того скромный бюджет, пришлось выходить в ночную смену, которая длилась до 8 утра. Так воскресные бдения плавно перешли в не менее рабочий понедельник.

Через пару дней мы отправились на малую родину героя, в Рубцовск. В дороге лил дождь, но к полудню погода наладилась, и мы успели снять сцены на всех запланированных по сценарию площадках. А это оборонный завод, где Михаил трудится кузнецом. Также храм как символ последнего прибежища тех, кто ждет пропавших без вести или плененных на СВО сыновей.

Чтобы прибавить фильму глубины, философичности и связи поколений, мы пригласили для работы над проектом офицера в отставке, участника вой­ны в Афганистане, писателя, поэта Виктора Бычкова. Когда он изучил материалы, посвященные Михаилу Попову, у него родилось стихотворение. В фильме он читает его на камеру:

Стремительный бросок. Атака. Взрывы.

Застыло время в диком кураже.

И не понять, где ранены, где живы

И кто здесь не поднимется уже.

Михаил, конечно, был в центре съемок. Пережить еще раз те события на камеру в присутствии десятка незнакомых людей непросто. И хоть наш герой храбрился, говорил, что справится с ситуацией, мы убедили его предварительно поговорить с психологом Натальей Моисей. Она настроила его на интервью, заставила выговориться, рассказать о всех страхах. Дело в том, что на гражданке спится Михаилу тяжело: во сне приходят убитые товарищи. Посттравматический шок надолго остается с людьми, попавшими в подобные обстоятельства. Может быть, даже навсегда. И важно не замыкаться в себе, пользоваться поддержкой специалистов. Интервью прошло отлично. Мияги искренне рассказал о своей жизни с момента усыновления приемными родителями до самой свадьбы с любимой девушкой. Сейчас наш земляк, как настоящий мужчина, мечтает о своем доме и ребенке. Будем надеяться, что все у него сбудется. Раз судьба дала шанс выжить, будет и дальше помогать.

Фоторепортаж