В барнаульской «Шишковке» читали отрывки из «Бориса Годунова»

В краевой научной библиотеке им. В.Я. Шишкова отметили Пушкинский день необычной программой: читали отрывки из «Бориса Годунова» и рассказывали о подлинной исторической подоплеке, которая оказалась несколько сложнее.

Выбор произведения неслучаен: пушкинской трагедии в этом году 200 лет. Поэт работал над ней почти два года, опираясь на документы XVII века и «Историю государства Российского» Карамзина, вышедшую всего за несколько лет до этого. За художественное чтение в этот вечер отвечали участники Литературного театра Шишковки Наталья Сычёва, Сергей Лебедев и Галина Блинова. За научную достоверность – кандидат исторических наук, доцент кафедры отечественной истории АлтГУ Денис Бобров.

Не считался палачом

Сам лектор назвал Годунова одной из самых сложных личностей конца XVI – начала XVII столетия. Даже по существующим портретам можно понять, что современники воспринимали его неоднозначно. «Возьмем одну из самых известных фраз Пушкина про него: «Вчерашний раб, татарин, зять Малюты, зять палача и сам в душе палач». Давайте разбираться, откуда Годунов вообще происходит, кто он такой, «герой или демон», как мы сформулировали тему лекции», – предложил Денис Бобров.

Ключевой момент возвышения этого человека – опричнина, причем ученый оговаривается, что он был одновременно причастен и непричастен к ней: да, служил при Опричном дворе, но в восприятии людей своего времени палачом не был, поскольку не занимался самыми громкими казнями. Зато был женат на дочери Малюты Скуратова, а его сестра Ирина Годунова стала супругой среднего сына Ивана Грозного – Фёдора Ивановича. А дальше шурин царевича проходит стремительный путь от телохранителя Ивана IV к кравчему (человек, который пробовал еду перед царем во избежание отравления монарха), а потом и к фактическому правителю страны.

– Как вы помните, существует картина Репина «Иван Грозный и его сын Иван», потому что царь, к своему несчастью, случайно убил своего наследника. И это убийство в 1881 году очень многое изменило: если до этого всем был понятен порядок престолонаследия в Московском государстве, то теперь власть, видимо, должна была перейти следующему сыну, Фёдору Ивановичу, а он был не очень дееспособен. Борис Годунов должен был приглядывать за ним, – рассказал лектор.

Исторические параллели

Гостям лекции Денис Бобров рассказал, чем отличалось избрание на царство в XVII веке от современных выборов, почему отсутствие прямых потомков Рюрика по мужской линии после смерти Ивана Грозного позволило стать царем, по сути, случайному человеку и являлись ли события 1698 года государственным переворотом (ответ – «скорее нет»).

Более того, по меркам своего времени Борис Годунов был не самым ужасным правителем. По словам историка, он основал несколько важных городов-крепостей в Поволжье (Самару, Саратов и Царицын – ныне Волгоград). А еще возобновил действие Юрьева дня, когда зависимые крестьяне могли уйти к другому помещику, и способствовал развитию торговли.

Но больше прославился злодействами: репрессиями против других знатных родов, трехлетним страшным голодом в результате природных катаклизмов (в котором, конечно, не был виноват). И тем, что Денис Бобров назвал угличским инцидентом, то есть предположительным убийством семилетнего незаконнорожденного сына Ивана Грозного – Дмитрия. Туманные обстоятельства смерти впоследствии привели к появлению самозванцев. В общем, уже в XVII веке Годунова считали одержимым дьяволом или даже дьяволом во плоти – сказывалось религиозное сознание эпохи.

– Теперь про Пушкина. Очевидно, что «наше все» находился под влиянием документов XVII века, а также трудов Николая Карамзина, который Годунова тоже смешивает с грязью, – говорит Бобров. – Но есть и более сложный момент: XIX век – эпоха романтизма в литературе, философии и истории. А это направление смотрело на все через призму выдающихся личностей, героев или антигероев. И Александр Сергеевич создает такого антигероя из Годунова. Еще для поэта были важны параллели с правлением Николая I, которого многие современники тоже считали узурпатором власти. А так как император был личным цензором Пушкина, то забраковал две трети, если не три четверти текста, опубликованного в 1830-е годы в сильно сокращенном виде…

«Нам такой необычный опыт кажется удачным, и я буду рада, если вы обратитесь к историческим источникам и перечитаете драму Александра Сергеевича», – подытожила встречу завотделом культурных программ Шишковки Наталья Сычёва. А историк Денис Бобров посоветовал всем интересующимся почитать не столько Карамзина, сколько книгу о Годунове из серии «Жизнь замечательных людей».