Эксерт объяснил, почему слабо растет товарооборот между Россией и КНР

Как изменились модели взаимодействия между нашими странами и почему экспорт в Поднебесную будет сокращаться, рассказал на Зимней зерновой конференции Алексей Маслов, директор Института стран Азии и Африки МГУ.

Товарооборот

Объем взаимной торговли с КНР за прошлый год вырос c 240 млрд до 245 млрд долларов. Это примерные цифры, поскольку Россия заметную долю китайских товаров получала через третьи страны. По объему торговли мы находимся на 6–7-м месте, в то время как в лидерах – США, страны Ассоциации государств Юго-Восточной Азии и ЕС.

Доля российской продукции в товарообороте с КНР составляла около 160 млрд, то есть у нас заметный профицит. Это редчайший случай, потому что обычно с Китаем у большинства стран дефицит.

Объем торговли между нашими странами почти не вырос. Маслов объясняет это тем, что Китай присоединился к части санкций против России. Он занял принципиальную позицию потому, что ни один платеж по определенной номенклатуре товаров не будет проведен вплоть до окончания горячей фазы СВО. И никак по-другому нельзя объяснить проблемы с платежами. Хотя есть официальное объяснение, что китайские компании боятся вторичных санкций.

– Но ведь мы же прекрасно понимаем, что есть и обход этих санкций. И когда китайским компаниям нужно что-то для них проплатить, то деньги уходят довольно быстро. Когда это нужно российским компаниям, то у них начинаются большие сложности, – замечает эксперт.

Среди импортируемой в Поднебесную продукции 2/3 занимают энергоносители. Примерно такая же доля в экспорте из КНР приходится на машины и электронику.

Алексей Маслов напомнил, что в прошлом году Россия нарастила поставки нефти и газа, но цена на это сырье упала. Кроме того, он отметил тенденцию постепенного уменьшения экспорта в Китай.

Если говорить о торговле продовольствием, то наиболее популярными российскими товарами в КНР являются кондитерские изделия. Иногда их даже подделывают. Но лучше всего покупают продукты из Австралии и Новой Зеландии. Много иностранных товаров, например масла с Украины и из Белоруссии, идут под китайскими брендами. И в этом смысле мы пока не вышли на первое место.

– Это не значит, что российские товары плохие. Они как раз очень хорошие, если знать, как правильно их продавать, – уточняет Алексей. Он считает, что нужно рекламировать не страну – производителя товара, а его потребительские свойства. И этот промах обходится нам в миллиарды долларов.

Взаимодействие

Мы заметно трансформировали модели взаимодействия с Китаем. Последнее время российские компании стали выходить не на северо-восток страны, где экономика падает, а на юг и в центральную часть. Но когда российские компании там появляются, то сталкиваются с фантастической конкуренцией, совсем с другой категорией людей. Например, на северо-востоке Китая с нашими торговцами будут говорить, сводят в ресторан и подпишут любые соглашения, но выполнять их не будут. На юге жесткие переговорщики, хорошие юристы, четко отработанная схема бизнеса, и работать там действительно сложно.

Российские компании научились пользоваться китайскими специальными экономическими зонами (СЭЗ), их преференциальной политикой. Более того, некоторые наши продавцы начинают выходить с теми видами продукции, которые, казалось бы, не должны были пойти на китайском рынке, например с продукцией биофарма. Одна из российских компаний сейчас открывает большую клинику косметологической медицины в специальной экономической зоне в КНР.

Но проблема в том, что Россия приходит на реальный китайский рынок с огромным запозданием. С 1970–1990-х годов там прочно поселились крупные западные компании. И надо учитывать, что все китайские топ-менеджеры проходили подготовку в бизнес-школах на территории своей страны по американским лекалам. Поэтому работать им психологически легче с партнерами из США.

Рынок

Эксперт отмечает, что рынок Юго-Восточной Азии, включая Индию, колоссален и сам себя обслужить не может. И при этом мы видим довольно интересное противоречие. Так как экспортные товары всегда дороже, то страны, даже не сумев накормить свое население, гонят продовольствие за границу, прежде всего в Китай. Причем в экспорте увеличивается доля фруктов, так как в КНР решили, что выгоднее отдать свою пахотную землю под города и заводы по производству микрочипов, чем под сады. Все остальное они хотят закупать у тех, кто не может делать высокотехнологичную продукцию.

Маслов привел данные, согласно которым КНР больше закупает продовольствие, чем продает его за границу. Именно поэтому руководство страны в прошлом году объявило о переходе к 2033-му на самообеспечение по основным видам продукции, в том числе по рису, бобовым и частично по масличным культурам. Но ни один прогноз, даже китайских экономистов, не подтверждает, что страна к намеченному сроку полностью сможет этого добиться. А уменьшить зависимость может. Это значит, что и российские поставки будут постепенно уменьшаться.

В структуре закупаемой Китаем продукции основную долю занимают масличные и корма для животных. Причем объем этих категорий товаров за прошлый год увеличился в стоимостном выражении в полтора раза. Далее со значительным отставанием следуют фрукты и овощи, мясо, речные продукты, зерновые, животные и растительные масла.

Среди европейских поставщиков сельскохозяйственной продукции в КНР наша страна занимает лидирующие позиции. У России самый большой прирост по поставкам в этом сегменте.

Если смотреть по континентам, то наибольшая часть закупок сельхозпродукции КНР приходится на Северную Америку. Но этот объем заметно уменьшается, зато возрастает доля Южной Америки. И надо предполагать, что активнее всего Китай будет работать с Бразилией, Аргентиной, Чили и Перу.

Больше всего продукции АПК завозится в КНР из Бразилии, Россия занимает почетное десятое место ($7,4 млрд) вслед за Вьетнамом.

Но поскольку КНР переходит на самообеспечение, то объем ее сельхозпроизводства растет, а доля импорта в ВВП постепенно уменьшается. Это касается не только товаров АПК, но и нефти и газа. И это тоже некоторый удар по российским проблемам.

Есть еще одна новость. В конце декабря прошлого года руководство Китая обнародовало планы по увеличению запасов зерна внутри страны. Этот проект будет финансироваться из госбюджета. И любая страна теоретически может поучаствовать в создании запасов. Но практически, чтобы там поучаствовать, нужно создать компанию на территории Китая и в ее адрес отправить свои запасы. А уже этот китайский налоговый резидент продает государству зерно.

Но Алексей Маслов обращает внимание на одну тонкость:

– Когда вы продаете зерно от лица частной компании на тендере, то объявляете цену, которая принимается за 100%. А государственной компании, чтобы выиграть, можно предложить цену на 20% больше вашей.

Конкуренция

Говоря о потребительском рынке, эксперт отметил возрастающую популярность готовой еды и продуктов быстрого приготовления. Резко возросли объемы доставки таких товаров и обострилась конкуренция. Например, компания Meituan за 29 минут обязуется привезти еду в любую точку КНР. И это выглядит как чудо.

Другая тенденция рынка связана с ростом онлайн-продаж, стремлением прежде всего к здоровой пище, которой Китай не может себя целиком обеспечить. Это открывает окно возможностей не только для России: здоровая пища приходит сейчас в основном из Австралии, Новой Зеландии, Индонезии. Она имеет все необходимые сертификаты.

Директор Института стран Азии и Африки МГУ считает, что Китай будет все больше и больше потреблять качественные продукты питания, потому что он богатеет. Но за этот рынок надо постоянно бороться.