В Алтайском крае обсудили законопроекты в сфере судебной системы

Юристы Алтайского края обменялись мнениями по поводу предложенных Минюстом России поправок к федеральному законодательству, в том числе ограничивающих возможность защиты интересов населения в судах.

Дебаты «Профессионализация судебного представительства», в которых принял участие уполномоченный по правам человека региона Антон Васильев, состоя­лись на площадке центра «Мой бизнес» в Барнауле.

Цены вырастут?

Законопроект о так называемой адвокатской монополии был опубликован в июле 2025 года и сразу же вызвал широкий общественный резонанс. Если его примут, то юристы, которые не имеют статуса адвоката, лишатся права представлять доверителей в исках по гражданским делам. Хотя названы и исключения. Нововведения не коснутся тех, кто представляет работодателей.

Озвучены и цели новшеств. По замыслу, они обеспечат соблюдение этических норм со стороны представителей в судах. А государство получит больше полномочий для контроля специалистов, работающих в сфере юриспруденции, появится рычаг для повышения их профессионализма.

Противники же закона об адвокатской монополии отмечают возможный рост цен на представительство в суде, усиление давления на представителей и другие негативные последствия. Возникает вопрос и о полномочиях правозащитников, многие из которых не имеют статуса адвоката и зачастую судятся с органами власти по резонансным делам. Смогут ли они продолжить свою практику после того, как новые правила вступят в силу?

Юридическое сообщество Алтайского края, обсуждая перспективы и последствия установления адвокатской монополии на судебное представительство, также высказало свои за и против нововведений.

Польза или вред?

По мнению Антона Васильева, однозначно воспринять новшества невозможно. Вопрос, чем обернется адвокатская монополия для незащищенных слоев населения, остается пока без ответа.

– Мы беспокоимся относительно ограничения доступа к судебной защите прав человека, – сказал Антон Васильев. – То, что мы видим в предполагаемых изменениях, сложно назвать облегчением в получении юридических услуг для населения. Высока вероятность их удорожания. Одновременно мы наблюдаем, что увеличение пошлин существенно сказалось на сокращении нагрузки в судах. Граждане зачастую оценивают, насколько перспективно обращение в суд, исходя из экономических соображений. А в итоге круг людей, которые остаются в принципе без возможности получить квалифицированную юридическую помощь, становится шире.

По словам Антона Васильева, и сегодня нередко представители той категории населения, которая имеет право на бесплатную юридическую помощь, ею не пользуются, а попадают к мошенникам. Не получают никакого результата, на который они могли рассчитывать. А когда поле возможностей будет сужаться, то и проблем с точки зрения уязвимости людей может стать больше.

– Для нас это больная тема, мы надеялись, что законопроект закроет ее, но этого не произошло, – подчеркнул Антон Александрович. – Вопрос профессионализации связан не столько с судебным представительством, сколько с первичными консультационными услугами и подготовкой документов, на чем и специализируются юристы-мошенники. В судах они не появляются, на себя эту ответственность не берут. В лучшем случае проводят какую-то беседу, оформляют документы, которые на деле ничего не значат. Причем расценки на этом рынке стали расти. Мы наблюдаем стоимость таких услуг от 80 тысяч и выше.

В последнее время юристы-мошенники стали эксплуатировать тему специальной военной операции. Причем обещают результат, которого заведомо не может быть. Например, берутся отыскать человека «за ленточкой»: того, кто пропал без вести или даже оказался в плену…

– Нас волнует выработка профессиональных стандартов, которые, конечно, должны быть, – заключил Антон Васильев. – Напрашивается установка таковых в частном юридическом бизнесе, который не связан адвокатскими узами и обременениями. Но нужно это делать так, чтобы здесь регулирование не привело к сокращению рынка и возможности пользования юридическими услугами и помощью для наших сограждан. Наверное, следует ввести контроль и стандартизирование всех таких услуг. А сегодня, когда мы отправляем материалы по поводу мошенничества в полицию, там разводят руками, говорят, это частноправовые отношения, решайте в судах. А есть душещипательные истории. Например, одна из недавних. Женщина 70 лет с инвалидностью второй группы приходит по поводу пенсионных начислений, ей обещают кратное увеличение выплат. Тут же спрашивают, есть ли у нее с собой 80 тысяч рублей, а если нет, то сразу оформляют кредит. Деньги перечисляются, и не отходя от кассы подписываются акты выполненных работ. Так что этические и профессиональные требования должны быть едиными для всех юристов.

Где логика и смысл?

И. о. начальника Управления Министерства юстиции по Алтайскому краю кандидат юридических наук Ирина Игнатовская высказалась в поддержку нововведений.

– На мой взгляд, следует поддержать этот законопроект, – считает Ирина Ивановна. – В нем есть определенные логика и смысл. Неадвокатское юридическое сообщество нужно каким-то образом регулировать. Это давно назрело. К нам нередко поступают обращения граждан в связи с оказанием некачественной юридической помощи не адвокатами. На днях пришла жалоба из Бийска на индивидуального предпринимателя. По мнению заявителей, он занимается подделкой документов, но мы повлиять на него не можем. Минюст в отношении таких юристов, к сожалению, пока полномочий не имеет. И здесь нужно что-то менять.

Законопроект, как отметила Ирина Игнатовская, в некоторых моментах спорный, сложный для принятия неадвокатским сообществом и даже адвокатским, но это способ решения проблемы урегулирования юридической помощи в рамках правового пространства.

– Я не понимаю, почему так сильно некоторые частные юристы возмущаются тем, что нужно сдавать экзамен, чтобы войти в состав адвокатского сообщества, –
сказала Ирина Ивановна. – Мы с вами прекрасно понимаем, что профессиональная юридическая помощь должна иметь критерии. Претенденты на судьи же сдают экзамен. Ни у кого не возникает сомнений по этому поводу. Если ты не в состоянии подтвердить свою квалификацию, то зачем вообще идти в эту сферу? Основная проб­лема, которую видят не адвокаты, – то, что их деятельность становится подконтрольной. Но ничего страшного в этом нет. За полгода было около 10 жалоб на адвокатов, информация при проверке не во всех ситуациях подтвердилась. Было вынесено только два представления по возбуждению дисциплинарного производства. 

Поймут ли на селе?

Заместитель председателя постоянного комитета Алтайского краевого Законодательного Собрания по строительству, жилищно-коммунальному хозяйству, транспорту и связи Ксения Белоусова высказала опасения, что новый закон может оказаться не вполне полезным для сельских жителей.

– Я депутат по Славгороду, Яровому, Бурлинскому району. Могу говорить прямо, как дела обстоят непосредственно на селе, – поделилась своим мнением Ксения Александровна. – Если рассматривать законопроект чисто с юридической точки зрения, конечно нужно максимально ужесточать, вводить профессионализацию, экзамены. Но когда выезжаешь в удаленные села, сталкиваешься с тем, что их жители зачастую склонны поручить то же представительство в суде своему соседу или знакомому. Там не пойдут к чужому человеку, тем более платному.

Сельчане, по наблюдению Ксении Белоусовой, отправляются в суд как в последнюю инстанцию. И за помощью обращаются к тем, кого знают, доверие там вырабатывается годами.

– Хотелось бы к разработчикам обратиться, чтобы они подумали, как мы будем оказывать юридические услуги именно на селе, в далеких районах, которые находятся в сотнях километров от Барнаула. Это необходимо для того, чтобы те слои населения, которые не обладают специальными познаниями и не могут себя защитить самостоятельно, не оказались предоставлены сами себе, а все-таки получали необходимую юридическую помощь и ее результатами были удовлетворены, – заключила Ксения Александровна.

Пострадают студенты?

Юрист частной практики по семейным и наследственным делам Светлана Браун озвучила, чем ее настораживает законопроект:

– Мы не боимся сдавать экзамены, но есть среди новшеств тревожащие моменты. Например, не вполне понятно, как будет учитываться уже наработанный стаж частной практики, – сказала Светлана Николаевна. – А также есть юридические клиники при вузах, где студенты получают практические навыки, в том числе отрабатывают представительство в судах. После того как нововведения вступят в силу, начинающие юристы лишатся такой возможности. Хотелось бы, чтобы разработчики учли и их интересы.

В разговоре приняли участие еще несколько спикеров – представителей частного юридического бизнеса. Высказывались они не только по законодательной новелле, но и по многим наболевшим вопросам. По итогам дискуссии позиция юридического сообщества региона будет передана разработчикам спорного законопроекта. Участники выразили надежду, что их мнение будет услышано.