Ветеран СВО из Алтайского края рассказал о жизни вне фронта

Про Евгения Смирнова, ветерана СВО, «Алтайская правда» уже писала пару лет назад. Тогда, в марте 2024‑го, ему, вернувшемуся с фронта, вручали высокую награду – «Золотую звезду Героя ДНР». В канун Дня защитника Отечества мы снова с ним встретились, чтобы узнать, чем и как живет воин на гражданке.

Обычная работа

Время нашему поколению выпало неспокойное, и волею судеб Евгений оказался в эпицентре его событий. Отслужив срочную на Дальнем Востоке в десантно-­штурмовом батальоне морской пехоты, уроженец Родинского района в начале 2000‑х подписал контракт с Министерством обороны, служил в ЗАТО Сибирский. Когда началась военная операция в Сирии, не смог усидеть на месте, отправился в зону боевых действий. После тяжелого ранения восстановился и, когда впервые прозвучала короткая аббревиатура СВО, снова оказался в первых рядах. Побывал в нескольких командировках, «крайняя» – добровольцем в корпусе бригады «Терек» (5‑й штурмовой батальон).

Сегодня Смирнов – полный кавалер орденов Мужества, двух медалей «За отвагу» и по сию пору единственный в Алтайском крае награжденный «Золотой звездой Героя ДНР». Эта донецкая награда – за Артёмовск (Бахмут), в освобождении которого наш собеседник принимал самое активное участие. Впрочем, рассказывать о своих подвигах он категорически отказывается, называя их обычной боевой работой:

– Я ж не один там воевал. Всем подразделением одержали победу над противником в боях за Артёмовск. Деталей не будет. Не пришло еще время рассказывать подробности, потому что вой­на продолжается. Героем себя не ощущаю, несмотря на награды. Единственная должность, которую считаю почетной для себя, – солдат России. Сам выбрал свою дорогу и честно выполняю то, что должен. А если наградили, ну, значит, так повезло.

Сегодня Евгений дома по состоянию здоровья после ранений, как он сам объясняет. Но снова делает оговорку: «Если Родина скажет, я соберусь и поеду, говорю как искренний патриот».

Близкие, конечно, каждый раз горой встают, чтобы не отпускать главу семьи «домой»  (так он по привычке называет свое подразделение, собираясь в очередную командировку). Но… «Жена – за мужем, а дети – за ней. Это нормальная схема в семье, где решения принимает мужчина. Есть у нас в роду такое понимание от дедов и прадедов. Мне оно с генами передалось».

Жить по совести

Это не фигура речи. Исторически мужчины семьи участвовали в вой­нах, которые шли на территории России. В Великую Отечественную погибли, например, оба прадеда Евгения по материнской и отцовской линиям. Один из них, Терентий Михайлович Смирнов, воевал на Белорусском фронте. Сегодня их внук собирает фамильный «пазл», обращаясь к оцифрованным архивам Минобороны.

Год назад единомышленники Евгения Смирнова создали общественную организацию «Союз ветеранов СВО», на сегодня самую молодую из добровольческих структур региона. Для тех, кто возвращается с фронта, двери здесь открыты.

«Чтоб не пропасть поодиночке» – вспомнилась строчка из старой песни, пока собеседник рассказывал правильные и очевидные вещи. Помощи много не бывает. А потому вместе с другими общественниками Союз ветеранов СВО решает задачи поддержки участников спецоперации – от социальных (сбор и отправка «гуманитарки», выплаты, льготы) до медицинских (реабилитация, протезирование, квоты).

Почему у вернувшихся с фронта возникают подобные проблемы? Есть у Смирнова ответ и на этот вопрос.

– Русское воинство живет по кодексу чести. Кто‑то радеет за парней, но у иных ведь «хата с краю». Если хочешь сделать мир лучше, начни с себя, с порученного тебе дела, выполняй его как должно, в рамках своей уставной деятельности. Мы, общественники, многое меняем к лучшему, так как консолидировались с патриотическим движением региона, подписали партнерские соглашения с фондом «Защитники Отечества», например, Ассоциацией ветеранов СВО, другими сообществами. Общаемся, организуем совместные мероприятия и проекты. И рады, что приносим пользу и на гражданке.

Моменты истины

Партнерство с Движением Первых – самая, пожалуй, яркая страница в короткой пока летописи организации. Ее активисты сотрудничают со школами, ссузами и вузами Барнаула, развивают детско-­юношеский спорт, проводят уроки мужества, стараются быть примером для молодежи. Смирнов рассказывает, и воображение рисует аудиторию подростков, черпающих представления о жизни из Интернета, оспаривающих даже исконные истины, отшлифованные опытом предков.

Ветераны, впервые приезжающие в учебное заведение, всегда чувствуют, если что‑то мешает откровенному разговору. Иногда это невнимание девочек и мальчиков, которым интереснее «втыкать» в телефоны, чем слушать этих взрослых в форме с наградами. Пытаясь «включить» зал, преподаватели подсказывают ребятам вопросы, обычно про «расскажите о себе и как вы воевали». А когда из первых уст начинают звучать живые фронтовые истории, убираются телефоны, юный народ усаживается поудобнее, чтобы ни слова не пропустить из речи ветерана. Есть только одно но – сразу с аудиторией оговариваются границы, касающиеся секретной информации, которую люди военные не имеют права разглашать. По словам Евгения, вот эта «точка таяния льда» – главная. Пусть даже вопросы будут неудобными. Часто, например, звучит такой: «Зачем Россия напала на Украину?»

– Увы, дезинформация рекой течет в наши уши. Из нее молодые люди черпают искаженные сведения, – констатирует собеседник. – Опытному‑то человеку трудно в море лжи отыскать правду, а что уж про молодых говорить... В юношеской среде сейчас сильное разделение идет. Вот потому, приезжая к ребятам, настоящие герои рассказывают правду честно и внятно, чтобы до детей дошло. С того самого 2014 года, когда регулярная армия Украины стала издеваться над народом Донбасса. С таких моментов истины начинается патриотизм. Когда‑то в детстве и к нам приходили ветераны Великой Отечественной, говорили с нами о мужестве, преданности семье и Родине. Мы патриотами выросли на их рассказах. И сейчас в этой новой информационной вой­не за души наших мальчиков и девочек готовы идти до полной победы над неофашизмом. Здесь тоже фронт. Побочные эффекты деструктивного воспитания надо убирать из их голов.

На одной из недавних встреч Евгений Смирнов попросил молодую аудиторию задуматься: а что мотивировало русских людей, оказавшихся во время вой­ны на оккупированных территориях, спасать еврейских ребятишек под страхом смерти собственных? Что заставляло жителей Средней Азии распахивать свои сердца и дома, принимать тысячи эвакуированных, делиться теплом и хлебом с людьми другой веры и национальности? Это уже про единение всех народов страны, непременное, когда приходит беда – одна на всех. «Умом Россию не понять»? Пусть так, но эта константа работает уже который век, которую вой­ну. Ее должны знать наши дети.

И тогда – сто раз прав Евгений Смирнов! – включатся гены победителей, не может быть иначе. Поскольку нет в России семьи, которой не коснулась бы Великая Отечественная или СВО…

Посмотрите, как много молодых шагает в строю «Бессмертного полка», и вопрос «потерянного поколения» закроется. Ведь все мы одной крови и история у нас общая, остальное – кривые зеркала.