В Барнауле прошла лекция режиссера и сценариста Алексея Дёмина, посвященная современной анимации и литературе

Корреспонденты «АП» побывали на лекции Алексея Дёмина, российского режиссера, сценариста и художника-постановщика анимационного кино, преподавателя ВГИКа и лауреата множества премий.

Она прошла на летней площадке «Шукшин молодой» в барнаульском парке «Изумрудный» в рамках XXVII Всероссийского Шукшинского кинофестиваля. Все фестивальные дни в амфитеатре парка показывали фильмы из конкурсной программы, а в визит-центре проходили творческие встречи.

Лекция Алексея Дёмина была посвящена современной анимации и литературе. Тему гость фестиваля проиллюстрировал тремя своими короткометражными картинами «Кошки под дождём», «Очумелов» и «Шатало» (их несложно найти в Интернете). Он признался, что всегда рад таким встречам со зрителями, потому что «художник всегда работает один, а аниматор – совсем один».

Первый достойный

– Мне очень повезло: я окончил в 1980-е годы Высшие курсы сценаристов и режиссеров при Госкино СССР, где моими мастерами были один из основоположников школы анимации в нашей стране Фёдор Савельевич Хитрук и его ученик Эдуард Васильевич Назаров, который вам наверняка знаком по фильму «Жил-был пёс», – рассказал Алексей Дёмин. – Становление режиссеров происходит очень медленно: если первый фильм может получиться уже через два года, то первый достойный получается не всегда сразу, лет через 10–15. И начинается жизнь нового автора. Повезло мне и в том, что мой дипломный фильм попал на Каннский кинофестиваль и дал немного уверенности в том, что я выбрал правильное дело.

А еще на очередном фильме я познакомился с великим Михаилом Абрамовичем Швейцером, режиссером «Золотого телёнка» 1968 года, «Маленьких трагедий», «Крейцеровой сонаты» и многих других фильмов. Его супруга Софья Абрамовна Милькина, тоже режиссер, занималась подбором актеров на его фильмах. Однажды она написала песенку – совсем маленькую, детскую и простую, но оказалось, что в ней заложено что-то очень важное и ценное. И для Швейцера, и для Юрия Норштейна, который обещал ей снять мультфильм на тему песенки, и, в конце концов, для меня.

Дождливое настроение

Мультфильм по песенке в итоге снял Алексей Дёмин – «Кошки под дождём» вышли в 2001 году и стали одной из самых известных его работ. Режиссер рассказал, что Софья Милькина, которую он не застал в живых, не только сочинила, но и сама записала песенку на магнитофон, аккомпанируя себе на домашнем пианино. Дёмин получил от Швейцера бобину с записью и в течение двух с половиной лет размышлял, как лучше рассказать эту историю и передать правильное «дождливое настроение».

– Фильм нарисован на особой бумаге – обычных советских обоях без винила, каких сейчас не найти. Я сделал на них пять своих картин, – говорит Дёмин. – Технология безумно сложная и этим отпугивает художников. Нужно было нарисовать 2,5 тысячи картинок по всем правилам акварели. Причем так, чтобы каждую из них можно было вставить в рамку – и на стенку.

Алексей Михайлович называет картину фильмом-портретом, поскольку в образе старушки, которая помогает жить кошкам, нарисовал саму Софью Милькину. Он вспоминает, что приезжал к Швейцеру раз в неделю-две, чтобы не срисовывать, а именно запоминать ее фотографии и сложить в голове образ. Потом друзья этой семьи говорили ему, что главная героиня – старушка, которая ходит на рыбалку с кошками, получилась очень похожей на Софью Абрамовну.

Бумажная компания

В этой же акварельной технике делался фильм «Очумелов» по рассказу Чехова «Хамелеон». Раскадровка ждала своего часа лет 15, режиссер не знал, как ее воплотить.

– Неожиданно пришла очень простая идея: я вырезал из бумаги нарисованных человечков и расставил на столе. Передо мной стояла компания человек 20 и с такой грустью на меня смотрела! – смеется Дёмин. – Я вспомнил о Чехове и понял: это же базарная площадь! А эти люди ждут, когда же раскроется занавес и начнется действие.

Бывший мастер Фёдор Хитрук посоветовал режиссеру раздобыть для фильма записи рассказа «Хамелеон», начитанного великим артистом Игорем Ильинским. Дёмин выбрал самые яркие и образные реплики и обошелся совсем без закадрового текста. А каждого персонажа рисовал как бы на отдельном клочке бумаги, чтобы эти клочки могли, например, разлететься от неожиданного порыва ветра. С помощью компьютера под них подложили тени и «смяли», чтобы они выглядели как брошенные бумажки. Но в основе всего опять была акварель – 12 рисунков в секунду, которые ему помогала делать команда из нескольких художников. А в поисках чеховских персонажей Алексей Дёмин пересмотрел сотни старинных фотографий той эпохи. «Анимация – поразительное искусство, которое позволяет использовать столь необычный язык. Ни в театре, ни в литературе такого не покажешь», – настаивает Алексей Дёмин.

Про чёрного кота

У этой свободы есть оборотная сторона:

– Актер на сцене не задумывается, как двигаться, он делает это автоматически: входит в образ и дальше живет в нем. А здесь каж­дая реплика, каждый жест продумываются очень точно, чтобы не только синхрон был, но еще и образ складывался пластически, – замечает художник.

Третьим фильмом, показанным на лекции, стал «Шатало» по произведениям Юрия Коваля. Все началось с крохотного одноименного рассказа о черном коте, пролежавшего у художника в столе лет двадцать: он снова не знал, как его делать. В итоге ему попался сборник писателя «Чистый Дор» – цикл рассказов о северной деревне – и все реплики из этой книги перескочили в сценарий.

Как медитация

Алексей Михайлович говорит, что постоянно носит в карманах блокноты, делает заметки и зарисовки. Все три показанные истории ждали своего часа годами: «Сделать-то можно что угодно, но нужно почувствовать, оживут ли герои, будут ли производить впечатление? Очевидно, со временем что-то прорастает, не надо торопиться».

Вообще-то, анимация не была его первой профессией: с конца 1970-х Дёмин несколько лет работал в ЦНИИмаше, трудился над серьезными проектами. Но в его отделе была профессиональная художница, которая стала с ним заниматься:

– Мы еще с одним коллегой в обед садились и перекрестно рисовали друг друга, а в выходные ездили на этюды. Вдруг кто-то из знакомых подсунул мне «Вечернюю Москву», где было объявление: курсы сценаристов и режиссеров открывают набор на отделение режиссуры анимационного кино. Думаю, дай-ка я попробую. Сразу прошел первый творческий тур, во втором провалился. Но на следующий день мне позвонили с «Союзмульт­фильма» и сказали, что режиссер кукольных мультфильмов Николай Серебряков, который был в приемной комиссии, готов со мной заниматься.

– Рисовать фильмы на бумаге – принципиальный выбор? – спросили мы Алексея Дёмина.

– Знаете, четыре года назад пришли новые студенты и восемь человек из десяти сказали, что хотят работать на компьютере. Но второй свой фильм делали уже на бумаге. Они просто почувствовали, что карандаш, кисть и перышко дают больше удовольствия, лучше подчиняются. Это как медитация: сосредоточенность, внимание к тому, как все происходит.