Издатели попали в переплёт

14:05, 19 июня 2015г, Культура 1145


Почему падают тиражи и закрываются книжные магазины? Как себя чувствует малый и средний бизнес в книгоиздательстве? Об этом мы решили расспросить человека, вся жизнь которого так или иначе связана с книжным словом и делом.

Леонид Кузнецов родился на Урале, работал журналистом в Восточном Казахстане, окончил в Барнауле АГУ (филологический факультет), а сейчас живёт в Москве. Переехав в столицу, открыл своё издательство «Дикси Пресс», которое помогло многим некогда безвестным авторам найти своего читателя. 

– Леонид Павлович, сегодня вы достаточно авторитетный издатель, а когда-то, теперь уже в далёких 80-х, вы учились в АлтГУ в Барнауле. Помните что-то из того времени? Может быть, кого-то из преподавателей? Не завязалась ли дружба с кем-нибудь из барнаульцев?

– Тогда вуз назывался АГУ – Алтайский государственный университет, это был мой первый и единственный оконченный вуз, с другими мне сравнивать не приходится. Так что АГУ – это альма-матер, хоть я и заочник, то есть «нарошношный специалист», как говорила моя мама. Но возможности учиться очно не было, хотя один раз такое предложение мне от деканата и поступало, но я благоразумно от него отказался. А может, это и шутка была, сейчас уже и не уверен. В те давние-предавние времена, когда в лаборантах и ассистентах бегали нынешние солидные доктора наук, мне нравилось в АГУ если не все, то почти все. Атмосфера, отношение к студентам, да мало ли…

У нас на курсе был один гений, и что с ним делать, никто до окончания всего этого дела так и не понял. Я сейчас не шучу абсолютно. Фамилия у парня была Бузиновский, имя – Сергей. Если кто не в теме, найдите его книгу «Тайна Воланда» и прочтите. Она написана совместно с женой – Ольгой Ивановной Бузиновской. Кстати, преподавателем АГУ в те времена, когда я в нем учился, и одним из самых милых людей, которых я в своей жизни встречал. Да, собственно, что я лукавлю? Думается, фамилию Бузиновского в Барнауле знает едва ли не каждый. Сергей был удивительным во всех отношениях. Он был обалденным рисовальщиком, и предполагаю, что и художником, шикарным слушателем, он фанател от оружия всякого и знал про него все. И он уже тогда писал по-настоящему хорошо, литературно крепко, точно, связно и образно. «Тайна Воланда» вообще одна из моих любимых книг. Я в рукописи один из вариантов ее читал еще в восьмидесятых, когда о Дэне Брауне мы слыхом не слыхивали и про загадки времени сериалов не смотрели. «Тайна Воланда» тоже сделана в манере интеллектуального детектива, вот только нравится мне значительно больше. И очень жаль, что Сережа ушел молодым – в пятьдесят четыре года в сентябре 2013-го.

– Самое время поговорить о книгах вообще. Вот вы основали своё издательство «Дикси Пресс». Насколько трудно сегодня выживать небольшим издательствам? 

– Я очень хорошо, без шуток, отношусь к издательствам-гигантам. Люди, построившие в начале девяностых бизнес на книгах, сейчас крутятся как опытная стриптизерша на шесте. Им, конечно, жить весело и иногда довольно сытно, но весьма и весьма нелегко. Те, кто возглавляет крупные издательства, – настоящие профессионалы, снимаю шляпу. Они и живут серьезно, и работают серьезно. А небольшие издательства зачастую живут на раз-два-три. Открыли издательство, выпустили два-три наименования, закрылись. Вот были какие-то деньги, а вот их и нет. И что делать дальше, никто не знает. Так что выживать гораздо проще издательствам региональным, им легче отыскать деньги и заработать их тоже легче.

И тем не менее в Москве издательств до сих пор много. И только благодаря им у нас в стране есть литература.

Как сейчас чаще всего происходит? Для гендиректоров маленьких издательств их деятельность – это не бизнес, а хобби. Они издают по две-три книги в год, но издают только то, что им самим нравится. Порой шедевры. Монстры шедевры не издают. На шедевры спроса нет, поэтому это удел избранных, тех, кто свое дело любит больше, чем деньги.

Первый и основополагающий постулат для всех, кто планирует заниматься издательским делом. Это – не бизнес. Это – отдушина для мозга. 

– «Дикси» заявило, что приоритетным для издательства являются малые литературные формы: рассказы, повести и пр. Почему? Ведь все эксперты в один голос утверждают, что читатели больше не читают рассказы, сегодня в тренде толстый роман страниц на восемьсот. 

– На самом деле рассказы не только пишутся, но и читаются. Рассказ гораздо более литература, чем громадный роман. Попробуйте-ка создать шедевр да еще вместить его в десяток страниц. Это в столовых вы просите, чтобы вам накладывали побольше да посытнее, а в звездных ресторанах «Мишлен» подают порцию крохотную. Это блюдо не едят, а смакуют, этим блюдом наслаждаются, восхищаясь мастерством кулинара.

Кстати, мы заметили такую странную особенность. Рассказы читаются именно в бумаге, то есть будучи изданными. Чтобы, читая, можно было вернуться на определенную страницу, найти особенно точный авторский образ и посмаковать – пощелкать пальцами, присвистнуть, ойкнуть, взвизгнуть… Получить кайф от того, что ты равен писателю, что ты почувствовал как он, потянуть за эту тоненькую ниточку… Как бы выразился один из моих любимых писателей Игорь Яркевич, таких людей на первый взгляд не так много, а на второй уже много.

– По статистике, в нашей стране книжных магазинов на порядок меньше, чем в Европе и Америке. Как вы оцениваете развитие книготорговой сети в стране? Её основные недостатки? Как вы выстраиваете взаимоотношения с книготорговцами? Есть ли у вас своё видение, как можно улучшить нашу книготорговую сеть?

– В принципе, книготорговая сеть в ее исконном смысле у нас вся ушла в интернет-магазины. Через тот же «Озон» или «Лабиринт» можно купить практически все, чего не скажешь ни о крупных книжных магазинах, ни о книжных развалах. Одни торгуют только новинками, изданными издателями-монстрами, а как иначе, если они им и принадлежат, другие – теми самыми романами в восемьсот страниц, уцененными донельзя. Литературы, выпускаемой маленькими издательствами, в этих магазинах нет. Получается хитрая вещь. Издатель думает, что выпускает книгу для читателя, но на самом деле есть более правильный издатель, вот он-то и выпускает книгу, которая доходит до читателя. А тот, первый, он только думает, что для читателя, а на самом деле вначале – для склада, а потом – для сборщиков макулатуры.

Тут проблема всегда одна – не помереть в первые два-три года, наработать собственный прайс, хоть мало-мальский – десяток-полтора наименований изданных книг. Тупо в эти первые годы только вкладываться, вкладываться, вкладываться… Тогда, возможно, к тебе будут благосклонны крупные дилерские сети, которые не кидают поставщика. Извините за терминологию девяностых, но все эти мелкие и средние фирмочки кидают практически все. Мы, например, ни копейки не получили ни от одной из книготорговых организаций, с которыми имели дело, кроме «Лабиринта». Но «Лабиринт» – это отдельная песня, боюсь, скорее исключение из правил. С магазинами то же самое. Честные продавцы наперечет.

Мне кажется, это первопричина, почему у нас закрываются издательства. А вот почему они открываются – вот ведь вопрос! Ведь всё известно заранее. К примеру, читатель. Читателя-то в исконном понимании этого слова у нас почти не осталось. Люди жалеют на книги деньги, им гораздо проще скачать в Интернете то, что есть в свободном доступе или в пиратском исполнении. А если чего-то нет, то и шут с ним, как говорится, переживем. Это раньше Россия не могла без книг, а сейчас запросто.

– Как оцениваете роль Интернета и социальных сетей в продвижении книжной продукции? Есть ли за этой альтернативой будущее?

– Скорее так: есть ли альтернатива Интернету и социальным сетям? Нет альтернативы. Наберите в поисковике слово «книга», и вам потом еще долго будет аукаться это ваше сомнительное телодвижение. Каких только книжек вам не станут предлагать и слева и справа – и на баннерах, и в контекстной рекламе! Непременно купишься на какую-нибудь завлекательную ерунду и пройдешь мимо настоящего. Есть, правда, буйки – сетевые порталы «Сноб», «Свободная пресса», «ЛиTerraтура», там можно вернуть ориентиры. 

– Есть ли у нас в стране институт литературных агентов, как на Западе? 

– Есть, конечно, есть. Но наш институт литагентов, он такой российский, наш. Со всеми вытекающими. Аффилирован агент с крупным издательством – считайте, вам может повезти, возможно, вы даже издадитесь разок. 

– Основные тенденции развития книжного рынка в России на ближайшую перспективу?

– Это постепенное затухание книжного рынка, перевод его в плоскость интернет-торговли электронными книгами и редкими эксклюзивными. Хотя… меньше всего хотелось бы именно этого. Потому что именно тогда и кончится в России и мире настоящая литература. 

Беседовал Владимир ТОКМАКОВ