Алтайский элитный племрепродуктор может прекратить существование

08:00, 20 июня 2020г, Экономика 2151


Овцеферма известнейшего в крае крестьянского хозяйства Александра Гукова за десять с небольшим лет своего существования превратилась в элитный племрепродуктор по разведению эдильбаевской породы овец. Но есть опасения, что он может прекратить свое существование.

Как создавали репродуктор

Разводить овец Гуков стал после того, как пообещал тогдашнему губернатору Александру Карлину: «Если краю это нужно, то я, агроном по образованию, готов заняться и животноводством». В прошлом году Александр Васильевич ушел из жизни, но дело его живет.

Он понимал, что одному поднять овцеферму трудно, и поэтому искал помощника. Так в хозяйстве 12 лет назад появился Михаил Кушнерев. Личность неординарная. Он тоже агроном по образованию, но попробовал себя и в других профессиях. Был двадцать лет заместителем директора школы по хозяйственной части. Но как выращивать скотину, был обучен с детства. «Я, наверное, в хлеву и родился», – смеется он. Но одно дело двадцать овец на подворье, другое – тысячи на ферме.

Надо было набираться опыта. Пригласили в хозяйство специалистов из краевого управления сельского хозяйства. Среди них Михаил Кушнерев сразу выделил Виктора Якубина. Профессионала, у которого он многому научился.

Именно Якубин однажды и предложил ему и Гукову-старшему сделать из обычной овцефермы племрепродуктор. Три года коллектив работал над этим. Закупал овец в крае, Казахстане, Астраханской области.

Почему выбор Гукова пал на эдильбаевскую породу? «Не знаю, вероятно, приглянулись ему красивые животные с резвыми ягнятами, – строит догадки Михаил Кушнерев. – Порода эта выведена в Казахстане двести лет назад для полупустынь. Легко переносит и сибирские холода. Имеет множество достоинств. И сегодня порода эта – гордость Казахстана и крестьянского хозяйства А. Гукова».

Где только не побывал Кушнерев, изучая опыт передовых хозяйств. Добрался и до селекционного центра в Волгоградской области. Им руководит профессионал высокого класса Ирагий Гаркаштаев. Он и поддержал начинания сибиряков-алтайцев. «В Башкортостане есть свой племрепродуктор, а у вас до Хакасии нет никого», – резонно отметил он.

Три года готовились – собирали отару и документы. В результате в хозяйстве заработал племрепродуктор.

– Нас стали приглашать на всероссийские выставки, – вспоминает Михаил Кушнерев. – Мы к тому времени добились очень высоких результатов. Шесть лет подряд привозили с выставок только золотые медали. Нас сразу же узнали в Сибирском федеральном округе и конкуренты, и покупатели. Рядовые хозяйства вполне устраивала цена на молодняк. Его начали брать Южно-Сахалинск, Хабаровск, Артем, Иркутск. И даже Хакасия, где есть свой репродуктор.

Ограниченный круг

Спокойная жизнь продолжалась до тех пор, пока ветслужба РФ не ввела такое понятие, как «регионизация». Согласно новым законам те хозяйства, которые находятся в приграничной зоне, обязаны делать своим овцам прививки против ящура. Это ударило по экономике племрепродуктора, поскольку его овец можно продавать только тем хозяйствам, в которых животные привиты против ящура. А их ограниченный круг, объясняет Кушнерев.

Если раньше племпродажа – а это главная задача племенного репродуктора – приносила до 5-6 миллионов рублей прибыли, то нынче этот показатель стремится к нулю.

Подкосило хозяйство Александра Гукова и то, что изменились принципы государственной погектарной поддержки. В последние годы все дотации и субсидии составляли 10-11 миллионов рублей. И это была справедливая государственная политика, считают специалисты и руководители хозяйств. Они ведь не ломили цену на свою племенную продукцию. Она была доступна всем желающим развивать у себя овцеводство.

Но и сегодня овцеводы из многих уголков Сибири и Дальнего Востока просят снять запреты на племпродажу. Ящура нигде нет, а прививки заставляют делать. Кому это выгодно? Разобраться в этом вопросе следует Федеральной антимонопольной службе, министерствам сельского хозяйства РФ и Алтайского края. При рыночных отношениях есть такой неписаный закон: «Тот, кто, к примеру, производит шерсть, должен добиваться, чтобы она беспрепятственно продавалась по всему миру».

Какие последствия будут, если исчезнет в крае племрепродуктор? В прошлом году отара эдильбаевских овец пополнилась баранами-производителями из Астраханской области, общее поголовье выросло до двух тысяч.

Средний возраст коллектива овцефермы 37 лет. Он создавался, по признанию Кушнерева, потом и кровью. Через сито отбора прошло немало людей. Из-за некоторых специалистам приходилось и дневать, и ночевать на ферме. Но сегодня среди чабанов есть уникальные кадры – настоящие мустангеры, которые объездили немало полудиких коней. И коллектив способен сегодня выращивать только здоровый молодняк для пополнения отар.

По дороге в Ключи, чтобы написать этот материал, я увидел прекрасное зеленое поле люцерны. И это на богаре. До перестройки люцерну выращивали в основном на поливе. На богаре она росла плохо. А Александр Гуков добился, чтобы и без полива эта культура давала хорошие урожаи. Тогда он мне и открыл свой секрет. Побывал в родном (аграрном теперь) университете и посоветовался с его учеными. Те предложили ему увеличить норму высева. Он так и сделал. Потом он к люцерне стал подсевать горох. В итоге получился замечательный корм для овец. Люцерну с горохом скашивают и закатывают в рулоны.

В общем, здесь созданы все условия для нормальной работы племрепродуктора. А что дальше? Исполнительный директор крестьянского хозяйства Вячеслав Гуков намерен в течение года подвести итоги и подсчитать баланс. Если он будет отрицательным, то племрепродуктор придется закрыть. А кто от этого выиграет?