Медиатор из Алтайского края помогает разведенным парам восстановить уровень доверия

Согласитесь, далеко не все супруги переходят рубикон развода в добрых отношениях и мирно договариваются, как поделить совместных детей, ипотеку, решить бытовые и имущественные вопросы. О том, как не утонуть в море житейских дрязг и претензий экс-женам и мужьям, рассказывает руководитель Ассоциации профессиональных медиаторов региона Елизавета Ионина.

Ключевой вопрос

– Елизавета, мне кажется, люди не всегда сразу понимают, что жизнь после развода не будет прежней. Бывшие еще пытаются использовать привычные рычаги давления, а они уже не работают. Не от этого ли сложности?

– По-разному бывает, но всегда очень непросто найти устраивающее обе стороны решение. Медиатор не давит ни на кого из участников спора. В первую очередь мы стараемся понять, почему один из родителей, скажем, нарушает решение суда об определении порядка общения с ребенком, не хочет, чтобы он виделся со вторым. Причины есть всегда – застарелые обиды, недоверие, физическое насилие в прошлом. Ну и сама по себе судебная процедура, когда каждый привел в суд свидетелей со своей стороны и представил обоснования, почему дети должны остаться именно с ним. После пережитого людям сложно самостоятельно преодолеть взаимный негатив и подумать, как будет лучше для ребенка. Многолетняя борьба зашоривает взгляд человека. В этот момент важно дать ему увидеть, что есть не один вариант выхода из ситуации, а несколько, причем достаточно комфортных для всех сторон. Мы учимся говорить друг с другом – о месте жительства ребенка, порядке его общения с родителями, урегулировании вопросов раздела имущества и выплаты алиментов (это, к слову, самая большая категория дел у судебных приставов). Только после того как мы проработаем отношения разведенных людей, восстановим хотя бы минимальный уровень доверия между ними, они способны сесть за стол переговоров и найти точки соприкосновения. Это ключевой вопрос науки договариваться.

– Увы, от развода не застрахованы ни молодые пары, ни те, кто уже детей вырастил и внуков дождался… С кем вам легче работается?

– Нет легких историй. Порой люди быстро договариваются сразу по нескольким сложным вопросам, от раздела имущества до определения порядка общения с ребенком, но вдруг зацикливаются на какой-то мелочи. Самое трудное для меня – когда делят детей. Родители в таких историях очень категоричны и ни один не хочет уступить другому.

Потому что больно

– Реально ли медиацией «откатить настройки» до тех, когда супруги еще могли нормально говорить друг с другом?

– В исходную точку мы не вернемся, конечно. Потому что много всего произошло между супругами. Не забываем, развод – крайняя мера. Понятно, что у каждого из них за время конфликта сложился некий образ врага, с которым невозможно ничего решать. Мол, он (она) не выполняет своих обещаний, не в состоянии заботиться о ребенке. И далее целый список оценочных суждений. Когда начинаешь детально его рассматривать, выясняется, что в последние годы совместной жизни люди вообще друг с другом напрямую не общались, только через детей, вокруг детей. Так складываются стереотипы, во многом необоснованные, продиктованные собственными фобиями. Например, мама, не желая общения ребенка с папой, переживает, что он настроит дитя против нее, увезет его, спрячет у своей родни и так далее. А за столом переговоров выясняется, что мужчина и не собирался этого делать.

– Вот и вы обозначили диспозицию, которая, увы, стала обычной историей. Женщина – героиня, которая остается с ребенком, а мужчина – это про безответственность и алименты. «С глаз долой – из сердца вон»?

– Давайте посмотрим как раз на примере алиментов. Конечно, такие истории встречаются, они характерны для случаев алкогольной или иной зависимости родителя. Но в таком состоянии он в принципе мало за что отвечает. На самом деле, если посмотреть вглубь проблемы, то других ситуаций тоже достаточно.

Например, разведенные женщины «наказывают» бывших мужей, не разговаривая с ними, настраивая против них детей. Даже темы совместных родительских обязанностей решаются дистанционно через суд и приставов. Мать ведет себя так от боли, которую ей трудно пережить. А что чувствует мужчина, когда видит, что каждый раз его приход вызывает негатив, что мама и ее родственники настраивают против него ребенка? Он постарается реже появляться там, где ему не рады. А когда у него появится новая семья, новые дети, общение со «старыми», скорее всего, сойдет на нет. Но родственную связь отцов и детей нельзя рвать! Ребятишкам в равной степени нужны мама и папа. Чтобы понимать это, родителям необходима толика зрелости и мудрости.

– Насколько полезна так называемая народная медиация, когда бывшим супругам что-то советуют и с той, и с другой стороны мамы, родня, друзья?

– Иные «добрые советы» не на пользу, мягко говоря. Особенно если человек тревожен, не уверен в себе. Бывает, стороны уже достигли согласия, нашли ответы на свои вопросы, но снова кто-то из них идет на попятную. Например, договариваемся о сумме, которую мужчина обязуется выплатить экс-жене в погашение долга по алиментам, и всех все устраивает. Но на следующий день она берет свои слова назад: ей родня попеняла, мол, мала сумма, можно и больше требовать… Я задаю ей резонные вопросы. «А все эти годы, что вы не получали от мужа ни копейки, родня вас поддерживала материально?» Нет. «А она будет вас поддерживать, если вы сейчас откажетесь от помощи, предлагаемой мужчиной?» Тоже нет. Только такие аргументы ее успокоили.

По праву

– Каково это – быть посвященной в семейные тайны? Ведь вы всегда меж двух огней.

– Здесь все по классике: «каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Любой из обсуждаемых вопросов при общей их схожести все же уникален. Казалось бы, и технологии нашей работы отточены, и есть понимание, чем мы будем заниматься сегодня, завтра и через день. Однако стандартную схему помощи на тот или иной случай придумать невозможно. Всегда нужно смотреть, что у человека «болит».

– Прежде чем договариваться, люди должны знать границы своих прав. Кто вам помогает с юридическим ликбезом?

– Изначальные притязания часто бывают необоснованными, именно поэтому у нас в проекте появился юрист. Житейских сюжетов, требующих юридического разъяснения, великое множество. К примеру, женщина, оставаясь после развода с ребенком, заявляет, что бывший муж должен отдать ей все имущество, включая квартиру и машину. Экс-супруги не смогут договориться и суд не поддержит такой иск, если она продолжит настаивать. Немало правовых сложностей возникает, когда у разведенной пары не выплачена ипотека. Мама, априори считая жилье своим, настаивает, чтобы ее бывший вышел из созаемщиков, она-де готова самостоятельно выплачивать кредит. Однако есть одна «мелочь»: банк может на это не дать свое согласие, бывают правовые сложности и с жильем, приобретенным на средства маткапитала. Как поступать в подобных случаях, объяснит юрист.

– Как часто люди обращаются в ассоциацию, многие ли знают о ней?

– В 2024 году в крае развелось около 11 тысяч семей, из них более половины – с детьми. В рамках предыдущего социального проекта за год мы провели 355 бесплатных консультаций семейно-правового характера. Это много, на самом деле, с учетом того что мы работаем лишь 4 года. В первую очередь люди обращаются в суд, далеко не все в принципе знают, что такое медиация, потому и потока обращений к нам пока нет, хотя их количество растет. Думаю, итоги нового проекта «Родители навсегда: сохраняя важное» это покажут.