Фильм «Пять сыновей Марии» стал флагом надежды для тысяч матерей и жен

Картина режиссера Павла Игнатова впервые был показан в федеральном прокате в мае, в канун 80-летия Победы. Меньше чем за три месяца он стал флагом надежды для тысяч матерей и жен, которые сейчас ожидают возвращения с фронта своих сыновей и мужей. Ибо как ее ни назови, Великая Отечественная или СВО, война – она и есть война.

«Ведьма»

В кадре – село Маслянино Новосибирской области. Именно здесь жила женщина, ставшая прототипом образа Марии (актриса Ольга Ломоносова), которая проводила на войну и дождалась, единственная во всей деревне, всех своих сыновей – Павла (Артём Афонасов), Виктора (Станислав Демушин), Ивана (Марк Кондратьев), Сашу (Никита Оносов), Андрея (Валентин Садики). Фильм снят по реальной истории (из Маслянинского района было призвано 9237 человек, не вернулись 3807). 

Битвы Великой Отечественной до Сибири не докатились, но именно ее сыны ценой своих жизней обеспечивали прорывы, успешные операции, освободительные наступления. Маслянино тоже отправило всех своих мужчин, от 17 до 60. На хозяйстве остался лишь раненый одноглазый Митяй (Владислав Ветров), назначенный главой сельсовета.

Едва успели женщины проводить своих мужчин, в село стали приходить, одна за другой, похоронки. Их разносит молоденькая почтальонша Екатерина (Кристина Борейко). Катька-смерть, как окрестили ее деревенские бабы. И каждый раз, когда она появляется на своем велосипеде, обмирает каждая из них: кому на этот раз достанется «черная метка»?

Лишь один дом в деревне стоит, словно заговоренный. Марию похоронки обходят стороной, только письма приносит ей Катя.

Эта женщина с выгоревшим и задубевшим от солнца и ветров лицом – центр затерянного в тайге крошечного сельского мирка, даже за тысячи километров от войны подавленного ее неизбывным горем и страданиями.

Мария до войны уже потеряла одного мужчину, своего мужа-охотника, которого задрал в лесу медведь. Она сама теперь ходит в таежную глушь добывать зверье и всех своих сыновей научила понимать язык трав и деревьев, читать звериные следы, слушать, о чем сообщают встревоженные птицы… Навыки, которые очень помогли на фронте Павлу, Виктору, Ивану, Саше, Андрею.

Марию в деревне считают ведьмой – как еще объяснить, что все парни погибли, а ее живы? Марию боятся, ненавидят и в конце концов выживают из села.

На ее защиту стеной встает Митяй, пытаясь по-мужски неловко попросить, чтобы не обижалась она на баб в черных платках. Горе им души выжгло, и все, что осталось им в этой пустыне, – зависть и ненависть, и злобный шепот, который только и могут бросить ей в спину. Ведьма! 

Обережный круг

Митяй влюблен в Марию, но безответно. Напрасно любуется он женщиной единственным уцелевшим своим глазом. Ни толики материнской силы не растратит она на сторону, ради чужого мужика. Все потратит на воздвижение обережного круга, что защитит под смертельным огнем ее мальчиков.

Обустроившись худо-бедно на лесной охотничьей заимке, Мария глаза открывает по утрам под «Отче наш» и, шагая по звериной тропе с ружьем за плечами, без устали шепчет «Живый в помощи Вышняго». Она и письма от сыновей читает-перечитывает как молитву, слово за словом, строчку за строчкой, каждый день. Не зная ответа, почему эта беспощадная война для ее детей сделала исключение. Скорее, сердцем понимая, что тихий материнский шепот-мольбу небеса слышат лучше, чем рев «катюш».

Это ради сыновей, которых ждала, зимой 1943-го она спаслась от медведя-шатуна и выжила, выбравшись из ледяной полыньи, куда провалилась, не заметив ее под сугробами. И однажды, весной и летом 1945-го, одного за другим дождалась на лесной заимке (деревенский семейный дом сгорел дотла) всех пятерых. Раненые, но живые, с наградами вернулись к маме ее герои.

За скобками хэппи-энда режиссер оставляет философский финал. Как жить всем тем деревенским бабам, в которых горе выжгло все женские начала – нежность, трепетность, силу, терпеливость, умение ждать и улыбаться, несмотря ни на что? Ответ в фильме однозначен – никак. Верка (Ксения Худоба), не в силах смириться с несправедливостью, сначала стреляет из мужниного ружья в сыновей Марии, а потом сама, по доброй воле, обрывает собственную пустую жизнь, в которой у нее ничего, кроме выращенных ей самой чудовищ, не осталось.

В фильме нет масштабных батальных сцен, да и не нужны они здесь. Чтобы прочувствовать ту женскую эпоху, у киноискусства есть немало других инструментов, не слишком иллюстративных, зато искренних, как само материнское сердце, прошедшее через страшные испытания болью и тревогой за своих детей. И ему подпевает музыка Евгения Штейнберга, то плачем, то стоном, то надеждой.

Нам осталось добавить, что фильм о сибирской деревне снимали в Карелии и Московской области, очевидно, была необходимость экономить на транспортных расходах. Тем удивительней достоверность, с которой воссоздан непростой и аскетичный быт жителей сибирской тайги, и сцены охоты, и красота леса, и охотничья заимка, в которой изгоем живет «ведьма».

В село Мария вернется уже после Победы, со всеми своими сыновьями – Павлом, Виктором, Иваном, Сашей, Андреем.

Есть мнение

Генеральный продюсер картины Татьяна Соколова:
– Это не просто военная драма. Это разговор о судьбе, справедливости и вере. Сегодня особенно важно поддерживать не только солдат, но и всех женщин, которые, как и тогда, ждут возвращения своих братьев, мужей, детей.

Актриса Ольга Ломоносова:
– Война для матери – это всегда трагедия. Какие чувства она может испытывать? Самые простые и одновременно самые глубокие, общечеловеческие, материнские. Как справлялись женщины, которые остались в деревне практически без мужчин? Как они выдерживали это время? Мужчины на фронте сделали многое, но нельзя забывать и о тех, кто остался в тылу.

Продюсер проекта, президент Фонда социального кино Михаил Комлев:
– У каждого человека есть мама, и каждая мама ждет своего ребенка. Где бы вы ни находились, она верит, что вы вернетесь и будете рядом.