Поднять солдата: проект «80 слов о Победе» рассказывает о поисках погибших бойцов, исторической памяти и дороге к самому себе
16:41, 24 апреля 2025г, Общество 1130
Проект «80 слов о Победе» продолжается.
Его нашли на Пасху. Спустя 80 лет. Останки рядового Ивана Губарева подняли в воскресенье, 24 апреля 2022 года, поисковики Волгоградской области. При нем был медальон с информацией о солдате и адресом семьи.
Гроб с останками бойца везли на БТР. По пути машина подьехала к дому, из которого Иван Губарев когда-то уходил на войну…
«То, что мы нашли именной медальон – огромная удача. Как правило, на войне бойцы их очень редко заполняли, считая плохой приметой. И порой бумажка уничтожалась временем. Можно и про найденного на Пасху Губарева сказать, смертию смерть поправ, – заметил боец отряда Антон Сухов. – Уверен, что когда забываются старые войны, начинаются новые. Поэтому мы каждый год забрасываем все другие дела, ездим и копаем. Все воины должны вернуться к своим родным и найти упокоение».
В музее
Барнаул. Три года спустя. Лицей № 129 имени Сибирского батальона 27-й стрелковой дивизии. Конец марта, последний день перед весенними каникулами. Педагоги стремятся выставить все оценки в электронные журналы и закрыть четверть. В музее школы на столе – находки поисковиков и фрагменты Знамени Победы с именами бойцов.
Школьники перебирают фотографии своих прапрадедов и рассказывают об их боевом пути.
Ульяна Раздорская гордится Гавриилом Ряполовым. Он родился в селе Петропавловское в 1902 году. Призвали на фронт вскоре после начала войны, дома остались жена и четверо детей. Участвовал в жестоких боях под Воронежем. Объявлен пропавшим без вести в 1943 году. Но боец выжил, попал в плен. Сумел бежать, едва спасшись от немецких овчарок. Все ноги и спина были в рваных ранах от зубов. Вернулся с войны и вскоре умер.
«Мой дед рассказывал, что они в детстве играли его наградами и не понимали их смысл. Они не сохранились. Не любил мой прапрадед рассказывать о войне – очень тяжело».
Семиклассница Арина Дмитриенко, победитель городского конкурса экскурсоводов, показывает саперную лопатку, которой больше ста лет. Ее нашли поисковики отряда «Высота» в 2012 году. Прапрадед Арины, Павел Прокопьевич Трубин, родился в селе Ая. Пропал без вести. Также «пропало без вести» написанное им из госпиталя письмо. Его нашли родственники гораздо позже, лет тридцать назад. Дочь читала его в возрасте 80-ти лет. Боец писал о ранении, что снова пойдет на фронт бить фашистов. С войны не вернулся.
--- А вы были в поисковой экспедиции? ---- спрашиваю у семиклассницы, и понимаю, что сморозил глупость: отряд «Высота» последний раз выезжал в поисковую экспедицию в Карелию несколько лет назад, когда девочка еще ходила в начальную школу.
Девятиклассник Кирилл Козьяков рассказывает о Никифоре Левыкине. Он был мобилизован 28 августа 1941 года и направлен в 113 стрелковый полк. Стрелок-пулеметчик. За подбитый немецкий штабной автомобиль и пленение немецкого офицера с ценными документами был награжден. Войну окончил в Бессарабии, в госпитале. Вернулся инвалидом второй группы. За храбрость и мужество имел много наград. Жил в селе Советское с женой Александрой, которая в войну работала на тракторе. В семье ее называли бабушкой Шурой. Она ушла из жизни 28 июля 2003 года, а дедушки не стало через день. «Неразлучные они были. Дедушка не пережил ухода жены. Прожили 73 года вместе», — добавил Кирилл и спел песню Расула Гамзатова «Журавли».
Еще один подросток сильно волнуется и только с третьего раза рассказывает на камеру о своем герое.
Педагог Татьяна Кулешова тоже тепло вспоминает об отце:
«Григория Грянкова, гармониста, отчаянного, веселого парня 22 июня 1941 года провожало в Красную армию все село Усть-Алейка Калманского района. Во время веселья прискакал нарочный из военкомата и произнес это страшное слово «война».
Участник битвы под Москвой, был ранен. После госпиталя попал в 42 бригаду и под командованием Рокоссовского участвовал в битве под Сталинградом. Политруком был. А из оружия у политруков был только пистолет, за Родину и за Сталина они поднимали из окопов цепь солдат. Он вел за собой отцов и дедов по возрасту. И первые пули доставались политрукам… Новое ранение, новый госпиталь…»
После госпиталя отца направили в город Чкалов в летное училище. А там очередная беда — во время тренировки не раскрылся парашют. Сутками напролет их собирали уставшие, невыспавшиеся девочки… Годы в госпиталях, возвращение в родной дом. Его награды мы подарили школьному музею, но музей обворовали через окно…».
В Карелии
О своем деде-фронтовике многое может рассказать и Татьяна Нетбайло, учитель истории лицея N 129, руководитель поискового отряда «Высота». Это отдельная история. Вся история поискового движения в крае фактически началась с письма, которое разделило жизнь ее семьи на «до» и «после». Но об этом чуть позже, а пока Татьяна показывает фотографии из жизни поискового отряда в Карелии и рассказывает:
«2015-й год. Сильные дожди. Палатки чуть не смыло в озеро Маткаламбино, на берегу которого был развернут наш лагерь… Местные жители ласково называют это озеро Ламбушка… Мы выскочили из палаток и лопатами срочно рыли обводные каналы.
А работали на берегу Ругозера, где в августе 1941 года в болотах под огнем финнов погибли красноармейцы Сибирского батальона. Они защищали фронт и Мурманскую железную дорогу, по которой шли важные грузы. Ругозерский район. Бой на трассе «Кочкома – Реболы», где и захоронены наши деды. Вот, смотрите, ребята воду вычерпывают ведрами, помпа забивалась тиной. Причем утром снова все раскопы заполнялись водой…»
А вот снимки 2016-го года. Снова работали в болоте…
Смотрим новые фотографии.
— Вот Артем Лебедев, позывной «Простор». Был бойцом отряда «Высота» и участником нашей поисковой экспедиции в 2017 году. Погиб на СВО. Награжден Орденом Мужества. Посмертно…
2017 год. Вот кинодокументалист Вера Уразова. Она два раза ездила с нами для съемок фильма.
На отдельном фото – маленький мальчик, внук местного председателя сельсовета. А в руках его держит Алексей Михайлович Варухин – легендарный человек, автор памятника погибшим в годы войны.
Архитектор, строитель, художник. В годы войны со всей семьей был узником концлагеря в Петрозаводске. Прошел «горячие точки». Сейчас ему 93 года. Автор множества памятных знаков и скульптур, посвященных защитникам родины.
Ребятам с ним было безумно интересно общаться. Да и многие другие личности среди поисковиков были очень яркими и интересными. Юрий Трефилов, профессиональный поисковик, прошел Афган.
«Его сын Виталий был вместе с нами. Сейчас он уже в армии отслужил. А у него день рождения в июле, как раз во время экспедиции. Мы ему и форму дарили, и футболки, и сапоги. Вырос на наших глазах. Вот они — отец и сын», — говорит Татьяна Анатольевна.
А это Павел Андреевич Козловский, руководитель карельского поискового отряда «Вертикаль». С ними наш отряд работал пять лет. Как правило, несколько отрядов вместе «копают». Лагеря рядом разбиваются.
Потом дружба между поисковиками завязывается на всю жизнь. А бывает, и любовь. Роман Бабкин из Косихи в ходе одной экспедиции нашел себе жену из Карелии.
«Что меня поразило в первый приезд — детям не конфетка нужна, а рыбка сушёная, — отмечает педагог. - А вот, смотрите снимок – это Василий Гулевич. Опытный поисковик. Они все время с нами работают. Вернее, мы под их руководством…
А это село Ругозеро, ребята в бане у Василия. Его жена, Валентина на всю бригаду нашу прожорливую пироги пекла, калитки карельские.
А однажды на дорогу нам напекла эти невероятные калитки, штук 30. Передвигались мы на машинах. От нашего лагеря до Ругозеро примерно 30 км. До станции и деревни Ледмозеро, где мы высаживаемся из поезда, 50 км. А работали на высоте, где шел бой. В селе в сентябре 1941 года только видели остатки батальона, израненные красноармейцы прошли к своим через деревню
У нас есть мой двоюродный брат — полный тезка нашего погибшего деда: Невежин Василий Петрович. Бывший военный вертолетчик. Его друг в Карелии живёт. Он к нему в гости выезжает на охоту, рыбалку. И обязательно навещает братское захоронение Сибиряков у Ругозера».
Память в медальоне
Обычно поисковики находят безымянные останки. Бойцы не всегда заполняли медальоны, считая это дурной приметой. Татьяна Нетбайло, руководитель алтайского поискового отряда «Высота», которая восемь раз была в поисковых экспедициях в Карелию, отмечает, что иногда все же улыбалась удача:
«Порой инициалы бойца были нанесены на кружке или фляжке. Однажды нашли сломанную расческу с двумя буквами. Видимо, бойца звали Иван. Если кто-то найдет вторую часть – можно установить и фамилию. Нашли ключ от замка. Боец, видимо, мечтал вернуться и открыть дверь родного дома. Из болота поднимали кости, пробитые прикладами и посеченные осколками. Лопатами аккуратно снимали землю. Слой за слоем, горизонтально. А потом работали садовыми лопатками и кисточками. Иногда не обойтись без щупов и металлоискателей. В тех местах шли жестокие бои, леса были заминированы. Первые годы в лес вообще нельзя было ходить, мы видели полуистлевшие колышки, на которых крепились растяжки от мин. Найденные медальоны сразу нельзя раскручивать – воздух для полуистлевшей бумаги губителен. Только в специальном помещении, в размоченном виде. Карельские поисковики нашли гильзу как-то. Решили раскрутить. А там, на донышке, была крохотная бумажка. Ее осторожно взяли и прочитали. Сейчас в распоряжении поисковиков - спецтехника криминалистов, можно прочитать бумажку с оборота, по следам нажима карандаша…».
В бою погибло более 400 воинов-сибиряков с Алтая, шестеро из них были из села Дмитро-Титово. В том числе Иван Овсянников. Его останки были найдены поисковиками отряда «Вертикаль».
«Звоню его внучке, Валентине Ворончихиной, она начинает рыдать в трубку, — вспоминает Татьяна Нетбайло. - Она внучка, я внучка. Прорыдались обе… Дочь героя не дождалась – умерла. Валентина съездила в Карелию, побывала на месте гибели деда, привезла останки. Все село пришло на похороны. С салютом, со всеми воинскими почестями. Ощущение – вот, он вернулся домой…»
Под Петрозаводском нашли троих бойцов в одной воронке. И один медальон был читаемый. Еще один наш земляк, Павел Аксенов.
«Его дочь еще жива была. И рассказала, что за шесть лет до этого отец ей приснился. Мол, земля давит, тяжело. И вот нашелся. Как они сигналы подают? Правнук и внучка поехали в Карелию. Перезахоронили там же всех троих».
Был другой случай - привезли домой останки. А памятник никак поставить не могут. И не стали ставить, стали сравнивать протоколы эксгумации – и выяснилось, что перепутали мешки… Потом привезли того, кого надо и достойно захоронили…
Сейчас мы в основном находим косточки, а раньше, бывало, местные поисковики рассказывали, останки были не совсем разложившиеся. Искали щупами, из отверстия ядовитый воздух вырывался. Однажды у всех волосы рыжими стали – какая-то химическая реакция пошла…
Однажды долго не могли никого найти – а потом сразу семерых подняли…».
Сигналы
Все найденные бойцы погибли в момент боя. В рукопашной, в штыковой атаке. Только одного нашли – руки сложены на груди. Видимо, его свои подхоронили.
Поисковики говорят: «Мамочка знает, когда и как родился его сынок. А поисковик знает, как он погиб».
Первая экспедиция – 2010 год – шесть человек ездило, ни одного бойца не нашли.
«Карельцы говорят, значит, и не надо было вам в первую экспедицию найти, — отмечает Нетбайло. - Все просеивается пальцами. Очистка кисточками, раскладываем останки на анатомических столах. Работаем в перчатках, респираторах. Слой за слоем, день за днем…»
Однажды с Татьяной поехала подруга, Галина Петровна Землюкова. Ее муж – летчик служил и погиб в Афганистане, в той самой эскадрилье, в которой воевал и погиб Герой Советского Союза Константин Павлюков.
Ей приснился боец, сидит у березки и курит самокруточку. Ее просят уточнить место. Говорит, не знаю.
«Заходим в палатку. На улице жара, а в палатке холодно. И какие-то вихри, искры от земли вверх идут. Видимо, какие-то сигналы они нам подают…», — говорит Татьяна.
Связь времен
Несколько человек в «Высоте» были из Косихинского района. Виктор Булдаков из села Налобиха признался, что вступил в отряд спонтанно. После 9 класса парень хотел поступить в колледж на автомеханика. Но педагог предложил поехать в экспедицию в Карелию, но с условием — для этого надо было пойти в 10 класс.
«Я согласился, и не пожалел. Две экспедиции меня перевернули, — рассказывает Виктор. – В первый год мы вместе с карельскими поисковиками подняли 16 бойцов.
Виктор уверен, что война не будет закончена, пока не будет поднят последний солдат:
«У молодежи сегодня большие проблемы с патриотизмом, у кого-то неверие в свою страну, непонимание ситуации в мире. Время прошло и надо поддерживать память. 27 миллионов жертв – уму непостижимо. Часть в безымянной земле, важно поднять всех, особенно важно — именных бойцов. Найти с медальоном – вернуть бойца на родину имеет огромный смысл – этим надо заниматься».
Булдаков читал много книг о войне, художественных, документальных и мемуаров, и смотрел фильмы. Но для него важнее личные ощущения:
«Я побывал там, в Карелии, искал бойцов, общался с местными поисковиками. Это запало. Особенно впечатлила «Тропа Варламова». Так называется Вахта памяти. Этот герой, закрыл своей грудью пулеметный дот на болоте. И все поисковики каждый год ходят этой тропой к месту его гибели. По болотам надо добраться до участочка, до островка, а вокруг только километровые болота, а там – пулеметный дот. И сколько наших полегло. А он пожертвовал собой, чтобы остальные могли добраться и уничтожить этот дот…»
Роман Бабкин тоже из Косихи:
«Как-то прихожу из школы, отец говорит - есть поисковый отряд. Не хочешь попробовать? А у меня оба прадеда воевали – Кобелев Агафон Ефимович дошел до Берлина и Рыбин Николай Самойлович. Оба пришли с войны. Так что в какой-то степени это дань памяти. Первый раз ничего не нашли. На болоте работали, с ведрами и помпами. Во второй раз сменили место дислокации и подняли 11 бойцов. В третий раз я работал с металлоискателем. Нашел останки бойцов, медальон. Вот только имя истлело… Было волнение, азарт. И гордость за защитников. С азартом копаешь – есть надежда найти именную вещь и передать ее родственникам. Главное поднять всех бойцов и установить имена, их ждут дома.
Мой кругозор расширился, понимание войны появилось ужасной, кровавой. Много неразорвавшихся снарядов. До нас «черные копатели» явно поработали, в поисках вещей, оружия, наград.
Поднимаешь останки – и словно короткое замыкание – вот она, связь времен, это работает лучше всяких фильмов о войне. Ты сам участник истории, наследник воинской славы. Пафосно, но точно. И теперь мы - Сибирский батальон, наследники погибших в Карелии. Кто-то должен продолжать эту работу и Родине служить».
Есть в отряде и девушки.
Антонина Каширина, студентка Алтайского педуниверситета:
«Нам рассказывали, что бойцы чаще всего лежат под молодыми березками. Мы сначала не верили, но когда вышли на раскоп, действительно не раз я с этим столкнулась. Существует некая легенда , если её можно так назвать, что так боец показывает нам, на верном ли мы пути — березка, так сказать , «прорастает» через него…Бывало и такое , что приходилось валить дерево, чтобы раскопать бойцов до конца…
С детства мне рассказывали, как мои прадедушки и прапрадедушки прошли Великую Отечественную войну: в скольких сражениях участвовали, какие награды имеют. Меня всегда это удивляло , с трепетом слушала рассказы бабушки.
К тому же, еще тогда мне нравилась история: она давалась мне легко, а моей настольной книгой был учебник. Больше всего я интересовалась историей Великой Отечественной войны.
Также до экспедиции я принимала активное участие в жизни музея Солдата Великой войны — это школьный музей, посвященный землякам, ушедшим на фронт, а также труженикам тыла. Я проводила экскурсии, писала исследовательские работы , принимала участие в конференциях.
«Вахта Памяти» длилась 10 дней.
«Всего ничего», — могут сказать другие; но на самом деле этого времени достаточно, чтобы полностью окунуться в то время и действительно что-то найти. Тогда мы подняли , если я не ошибаюсь, 27 бойцов и их амуницию. Когда нашли санитарное захоронение из шести бойцов, сразу ощутили весь ужас войны и зверское отношение врага.
Трудности были, разве что, в первые дни экспедиции: в обустройстве лагеря, но все проблемы решались быстро и оперативно.
Что касается самого выхода на поиск, то трудностей как таковых не было. Справлялись, помогали друг другу, в том числе и ребята из местного поискового отряда «Верикаль», подружились с ними быстро и держим связь до сих пор.
Из военных фильм выделю «А зори здесь тихие» и «Судьбу человека». Также хотела бы посоветовать фильм о поисковом движении: «Часы для Веры» — недавно его начали показывать в кинотеатрах. Я смотрела этот фильм на Слете поисковиков в 2023 году, советую всем!»
Последнее письмо
Немного поговорим о роли личности в истории.
«Моя мама никогда не опускает руки!» — сказала Татьяна Нетбайло.
И я понял, почему.
«Живем пока в лесу. Первые дни, завидя вражеские самолеты, становилось скучновато. А сейчас уже привыкли <…> Бои идут хотя и далеко, но звук орудий слышен ясно, и эта стрельба создает впечатление, как будто кто охотится на дичь.<..>
Зина, живем мы хорошо, хотя не как дома, но ничего. Правда, ночью сильно холодно, всю ночь не проспишь. Ночуем в легких замаскированных шалашах. Но раз создалось такое положение, нужно переживать, так как от нас требует Родина и правительство. Видимо, скоро придется побывать в бою. Будем, если придется, биться не жалея своей крови, а если враг будет сильно наседать, то и своей жизни.<…>
Милая Зина, прошу, жалей ребят, и вы, дети, жалейте мать и слушайтесь ее. Потому как маме без меня очень тяжело, потому что вас шесть человек, вас нужно воспитывать.<…>
Ребята, еще прошу вас, чтобы вы были не как малые, а как большие, слушайте маму и выполняйте все, что необходимо. Жалейте мать, обо мне не беспокойтесь, думайте больше о себе. Пока, до свидания, прощайте, целую вас. Зина, пишите ответ, и вы дети, пишите. Не забывайте папу. Любящий вас Василий Невежин».
«Оно меня потрясло, — признается Руфина Васильевна. - Через военкомат я сделала запрос в Центральный архив Министерства обороны. Оттуда пришел ответ, извещение, что Василий Петрович Невежин погиб, захоронен в братской могиле села Ругозера. Написала в сельсовет. Мне пришел ответ от секретаря. Валентина Степановна Шатилова и сейчас жива – здорова, мы переписываемся. Я поехала в Карелию, побыла на мемориале. Оттуда привезла первый список тех, кто захоронен в братской могиле) список. Общая тетрадь стала постепенно заполняться записями, документами…»
Иные, узнав о судьбе отца, успокаиваются. Но для Малютиных все только началось – огромная работа по поиску родственников бойцов Сибирского батальона. Переписка с архивами, выступления в СМИ и школах, общение с родственниками погибших. Ее домашний телефон был напечатан в «Алтайской правде» и стал «горячей линией». Как и список погибших земляков, призванных с Алтая. Квартира Малютиных стала неким штабом поиска.
Помогли и региональные власти. Губернатор Александр Карлин встретился с семьей Малютиных и оказал полную поддержку, выделил средства на изготовление дополнительных памятных плит, которые были установлены на мемориале 7 сентября 2008 года. Стали возможными и поездки в Карелию родственников погибших, и сама работа поискового отряда «Высота».
Журналист «АП» писатель Константин Сомов подхватил эту тему, ездил с Руфиной Васильевной в Карелию.
Написал несколько материалов, документальную повесть и целую книгу о Сибирском батальоне, погибшем 7 сентября 1941 года в карельских болотах, и потрясающую киноповесть «Подарок дочери», где Руфина Васильевна стала прообразом героини.
Краевед Евгений Платунов в ходе архивных поисков нашел еще человек сто бойцов. Журналист Ирина Заречнева тоже провела исследование, узнав много нового о судьбе и продукции Акутихинского стекольного завода. Там, в Акутихе, жила семья Невежиных. Но потрясающее совпадение – поисковики находили на месте боев в Ругозере фляжки из зеленого стекла, которые как раз выпускали в Акутихе. Они подарили Малютиным такую фляжку, а Руфина Васильевна передала ее в музей Мир времени.
Правда, долгое время считалось, что завод их начал выпускать с 1942 года. А Ирина нашла документы, что эта продукция выпускалась с самого начала войны. Стоила 12–15 копеек и входила в состав снаряжения бойцов Сибирского батальона.
«Я знакома с семьей Малютиных. Меня всегда восхищало как эти люди, Руфина Васильевна и Анатолий Алексеевич, несмотря на возраст и самочувствие, сохраняют желание хранить память предков. У нас в музее много стеклянных экспонатов из Акутихи. Хотелось просто по-человечески узнать эту историю. Когда я сообщила новую информацию Руфине Васильевне, она была необыкновенно тронута. Ведь та самая фляжка, которую она сама привезла и подарила нашему музею, возможно, была в руках однополчан ее отца 84 года назад. А тот факт, что Василий Невежин принял самое непосредственное участие в их разработке, был начальником планового отдела, и вовсе привел в трепет семью Малютиных», – рассказывает Ирина.
Кстати, еще жив мастер, который делал эти фляжки, Геннадий Тонышев, — сообщает дочь солдата Руфина Васильевна. - Мы регулярно перезваниваемся, встречаемся, ведь я каждый год езжу в Акутиху, там свекровь похоронена. И каждый год 7 сентября отправляемся на памятный митинг в Бийск, где мы добились появления стелы , на месте формирования Сибирского батальона. В этом году поедем снова. Выпустили три книги, снят фильм. Встречаюсь со школьниками. Часто звонят родственники погибших, помогаю по Книге памяти находить информацию о бойцах. Установили фамилии около 400 бойцов. Память не отпускает… Ушел из жизни мой муж, Анатолий. Ушли все мои браться и сестры, я одна осталась. 93 года уже… Пока есть силы – буду этим заниматься…»
«Иногда спрашивают, а какие награды были у вашего деда. Да не было у него наград, они погибли в первом и единственном бою, когда пришли пешим маршем из Петрозаводска в селение Ругозеро. А когда садились на баржу в Акутихе, у деда развязалась лямка рюкзака и оторвалась подметка. «Плохая примета», - подумал он. — Говорить об этом очень тяжело, — признается внучка солдата, Татьяна Анатольевна Нетбайло.
Педагоги и ученики 129 лицея имени Сибирского батальона закончили вышивку своего фрагмента Знамени Победы. Имя своего деда Татьяна Нетбайло вышила на фрагменте красной ткани яркими жёлтыми нитками. Он будет пришит к огромному общему Знамени, который понесут на шествии 9 мая. Символ огромного Бессмертного полка, где Сибирский батальон был небольшой, но важной его частью.
А я, кажется, понял, почему Руфина Васильевна не успокоилась, узнав о судьбе отца. И все, по сути, только началось. Она не могла предать память его товарищей, алтайских мужиков, которые плыли на барже из Акутихи и окрестных сел, формировались в батальон в Бийске, ехали в поезде до Петрозаводска, пешим маршем шли до Ругозера, сидели в окопах в болотах, тревожно прислушиваясь к гулу вражеских самолетов и писали последние письма домой, стараясь подбодрить родных. И приняли смерть ради нас.
Мы все – Сибирский батальон. У каждого свой фронт и тыл. Своя амуниция и боекомплект. Свои друзья и враги. Свои ценности и смыслы. Для кого-то – пострелять в компьютерной игре, а для другого – пойти на СВО. Для одних – краем глаза посмотреть военный фильм, а для другого - собрать посылку для бойцов СВО, навестить ветерана и помочь ему. Для одних поехать летом в Дубай и Таиланд, а для других – в карельские болота на поиски солдат, найти и поднять их останки. Кстати, этим летом бойцы отряда «Высота» вновь планируют принять участие в поиске в Муезерском районе Карелии.
Чтобы «поднять» солдата в самих себе.
