Кислородная махинация: алтайское бизнес-сообщество считает наказание супругов Литвиненко несправедливым

Весной этого года барнаульские предприниматели Антон и Диана Литвиненко были осуждены за мошенничество и фальсификацию лекарственного средства. Супруги получили реальные сроки, но, несмотря на признание вины подсудимыми, представители бизнес-сообщества считают наказание чрезмерным и несправедливым, а ситуацию – беспрецедентной.

Нажились на проблеме?

В конце марта Индустриальном районном судом был вынесен приговор по делу предпринимателей Антона и Дианы Литвиненко. Их осудили по двум статьям («Мошенничество» и «Сбыт фальсифицированных лекарственных средств»). Следствием и судом установлено, что во время пандемии супруги поставляли в 16 алтайских госпиталей технический кислород под видом медицинского, тем самым похитив из бюджета 65 млн рублей.

Суд приговорил директора компании к 6,5 года лишения свободы в исправительной колонии и штрафу 2,5 млн рублей. Его супруга получила срок на год меньше с отсрочкой до достижения ребенком 14-летнего возраста. Также удовлетворен иск о взыскании причиненного ущерба.

Сначала подсудимые признавали свою вину лишь частично, но под давлением доказательств полностью согласились с обвинением. 25 миллионов рублей семья обвиненных уже выплатила, а для возмещения всей суммы у них арестовано имущество.

Если ознакомиться с материалами дела, то сомнений в виновности супругов Литвиненко не возникает, а их действия вызывают несогласие и раздражение. В суде прозвучало, что государственные контракты на поставки медицинского кислорода заключались, несмотря на отсутствие производственных мощностей. Поэтому супруги решили закупать технический аналог у сторонних производителей. Это вещество дешевле, оно пригодно для производственных целей, но не для лечебных. Причем допрошенные врачи категорически отвергли возможность его применения в терапии.

Но у делового сообщества иное видение ситуации. Одна из площадок XI Конгресса предпринимательских объединений Алтайского края была посвящена уголовной и административной ответственности бизнеса. И именно на случае Литвиненко участники обсуждения остановились отдельно.

Долг и преступление

Так, зампред правления Алтайского союза предпринимателей (АСП) Татьяна Ларина заявила, что для спасения людей супруги приняли критически важное решение.

– Когда болезнь распространилась, у компании в десятки раз увеличились объемы поставок кислорода. Приходилось практически переводить экономику предприятия на военные рельсы, неся при этом огромные затраты. Но даже на максимальных мощностях кислорода оказывалось недостаточно, – констатирует она.

Ларина подчеркнула: поскольку именно у предприятия Литвиненко была лицензия на перевозку, а также специальный транспорт, доставлять технический кислород с заводов ему поручили органы управления.

– Согласно информации, озвученной во время судебного процесса, медицинский и технический кислород производятся по единому ГОСТу. Поставленное вещество было безопасным и не причинило вреда здоровью граждан. Наоборот, спасло тысячи жизней, – считает она.

В чем же тогда нарушение? По словам Лариной, заводы, у которых предприятие получало кислород, не имели договоров с больницами. Для прямых поставок требовались торги, но времени на это в разгар пандемии не было. И обвиняемый согласился не только перевозить кислород, но и проводить поставки через свое предприятие.

Всего таких рейсов было девять, общий объем поставки – 58 тонн, а сумма – 1,5 миллиона рублей. Весь технический кислород в полном объеме использован в медицинских целях.

– Да, это нарушение, фальсификация, – согласна заместитель председателя АСП. – Но был ли сговор между супругами, учитывая, что они действовали по прямому распоряжению аппарата и под постоянным контролем правоохранительных органов? Предпринимателям говорили, на какой завод ехать, сколько кислорода брать и в какие больницы вести. К тому моменту на точках подключения могло находиться до 600 человек, а запасов воздуха оставалось на час или меньше. Разве мог Литвиненко отказаться завозить технический кислород, зная, что он так необходим пациентам?

Семья, компания, налогоплательщик

Татьяна Ларина уверена, что в борьбе за жизни людей супруги Литвиненко и думать не могли об оборотах и прибыли. Но к концу пандемии к их действиям применили 238-ю статью («Поставка фальсификата»).

В итоге отец семейства оказался за решеткой, мать ждет, пока детям исполнится 14 лет. У семьи трое детей, младшему из которых семь. Получается, когда папа выйдет из тюрьмы, в места заключения отправится мама.

– Решение поражает несоразмерностью и бесчеловечностью. Разрушено кислородное предприятие, около 80 человек остались без работы, регион потерял крупного налогоплательщика. Причем за время пандемии компания уплатила более 65 миллионов налогов и получила порядка 5 миллионов чистой прибыли – незатейливые мошенники оказались, – недоумевает спикер.

Президент Торгово-промышленной палаты Алтайского края Борис Чесноков назвал ситуацию беспрецедентной, добавив, что поддерживает позицию предпринимательского сообщества.

– Время пандемии можно сравнить с военным периодом, когда требуется мобилизация властей, медицинских учреждений, бизнеса. Но та война прошла, люди спасены, и теперь человека судят по законам мирного времени. Думаю, это не совсем правильно, – считает Чесноков.

Руководитель Алтайского союза предпринимателей Юрий Фриц также согласен, что наказание вынесено чрезмерное.

– Мое мнение: Литвиненко – порядочный человек, который честно выполнял свою работу, нацеленную на спасение людей. Принятое решение – высшая степень несправедливости. Мы рассчитываем на апелляцию, на здравый смысл. В противном случае формальная ошибка приведет к катастрофическим последствиям, – уверен он.

Справка

Медицинский кислород проходит многократную обработку, чтобы быть безопасным для вдыхания, в то время как технический может содержать примеси, которые наносят вред здоровью человека.