Алтайские хозяйства испытывают проблемы со сбытом облепихи

Алтайские садоводческие хозяйства, которые выращивают облепиху и не имеют перерабатывающих мощностей, не знают, кому продать урожай. Производители соков и масла из янтарной ягоды обходятся собственной сырьевой базой и не желают пополнять ее со стороны. Все участники рынка говорят, что ситуация перепроизводства сложилась из-за падения покупательной способности и доминирования дешевой китайской продукции, заполонившей торговые сети страны.

Что случилось

Фермер Владимир Пришвин в лучшие годы собирал со своих восьми гектаров 52 тонны облепихи и успешно ее продавал. В этом сезоне урожай ягоды тоже созрел неплохой, но со сбытом – проблемы.

– Нет спроса не только на мою облепиху, но и соседних фермеров, – тревожится Владимир Николаевич. – Переработчики обходятся своими плантациями или предлагают вместо денег рассчитаться на следующее лето облепиховым маслом. Но как я его потом буду продавать? Для перевозки медикаментов, я слышал, надо иметь специальную машину. На самосвале, а тем более на тракторе, бочку с маслом не повезешь в аптеку.

Пришвин вспоминает, что в прошлом году сбыт был лучше. Ягоду активно брали с ветками по 60 руб­лей за килограмм. Тогда фермеру удалось немного продать с тех кустов, которые он планировал выкорчевать. В этом году закупочная цена на такую продукцию снизилась вдвое.

Уменьшилась она и на чистую ягоду. Если в прошлом году переработчики платили за нее до 140 руб­лей, то нынче больше сотни на дают.

Но и собирать урожай некому.

– Людей найти трудно, даже для гуманитарных акций, например отправки ягоды в Донбасс, – констатирует Владимир Николаевич.

НИИ садоводства Сибири им. Лисавенко на своих 15 га плантаций облепихи получил нынче урожай на уровне среднего многолетнего, несмотря на то что на фоне хорошего развития растений ждали лучшего. Но и это девать некуда.

– Переработчики готовы были покупать нашу ягоду по 90–110 руб­лей за килограмм, но сборщики меньше чем за 60 руб­лей не соглашались работать. А нам надо было еще ее очистить, заморозить и упаковать. Мы посчитали, что при таком раскладе получим убытки, и решили, что пусть ягода остается на кустах, – объясняет руководитель НИИ Галина Синогейкина.

Она добавляет, что желающих собирать за 60 руб­лей за килограмм в Барнауле не найти. По нескольку человек приходит, чтобы нарвать ягоды для собственных нужд. И платят по 250 руб. за килограмм.

Казалось бы, снизь стоимость до 100 руб­лей, желающих будет больше и можно заработать дополнительные деньги. Но руководитель НИИ говорит, что здесь такая логика не работает.

– Облепиха не такая популярная у населения ягода, как жимолость или земляника. Если их собирали по 400–600 килограммов в день, то облепихи – около 20 килограммов. И от снижения цены больше желающих не появится, – считает Синогейкина.

В этом году из-за обильных дождей облепиха набирает влагу и начинает лопаться, поэтому сбор ягоды продлится недолго, до 10–15 сентября. До этого времени соберут около 10 % урожая, выращенного в НИИ, остальной пропадет или достанется птицам.

В чём причина

Сниженный интерес переработчиков к сторонней облепихе руководитель НИИ, в частности, объясняет засильем на рынке китайской ягоды.

Действительно, автор этих строк нашел в Интернете объявления, в которых чистенькая, замороженная и упакованная облепиха из КНР предлагается по 155 руб. с НДС.

– Хотя не все готовы ее покупать. Есть те, кто понял, что китайское сырье хуже, чем алтайское, в нем меньше витаминов и каротиноидов, – говорит ученая. А крупные торговые сети ее берут для продажи населению, думая только о своей марже.

Татьяна Бакланова, гендиректор «Алтай-­Занддорна», также говорит о падении спроса на их продукцию. Если пять лет назад предприятие перерабатывало 700 тонн облепихи, поставляя соки в Германию, то в этом планирует около 150 тонн.

Компания производит и поставляет в бочках облепиховый сок для российских и казахстанских партнеров и концентрированное масло, которое затем используется тайваньскими и японскими компаниями в рецептах различных БАДов.

Падение интереса экспортеров к облепиховому маслу «Алтай-­Занддорна» его гендиректор связывает со сложностями в банковских расчетах и уходом с рынка ключевых монгольских покупателей.

Комментируя присутствие облепихи из КНР на полках магазинов, руководитель компании отмечает, что китайцы собирают недозрелую ягоду, которая хорошо хранится, но содержание полезных веществ в ней гораздо ниже, чем в алтайской.

– Лет семь назад нам не хватало местного сырья и мы приобретали китайское. Ягода выглядела шикарно, но пахла отвратительно, – вспоминает Бакланова.

Директор перерабатывающей компании «Витамин Продукт» Александр Сурков считает, что не китайская ягода дешевая, а наоборот – российская дорогая.

Он объясняет нынешнее падение интереса к садовой облепихе тем, что в прошлом году закупочная цена на нее подскочила. И на этом фоне некоторые предприниматели сделали очень большие запасы, которые до сих пор лежат в морозильниках. Например, у томской компании «Сава», имеющей плантации и в Алтайском крае, на складах находится около 700 тонн такой ягоды, говорит Галина Синогейкина.

Имея дорогое сырье, переработчики вынуждены поднимать цену на готовую продукцию, а сделать это тяжело: дорогой облепиховый сок население не готово преобретать, поскольку покупательная способность, по мнению Суркова, не растет.

Чем сердце успокоится

Несмотря на все проблемы, фермер Пришвин на днях нашел пятерых человек, желающих собирать урожай. Татьяна Бакланова готова приобретать его ягоду по 100 руб­лей, если она будет качественной.

– Завтра утром повезем первый раз в «Алтай-­Занддорн». Может быть, вообще откажутся принимать. Им подавай целую, а она перезрела от дождей, течет, как кисель, – переживает Владимир Николаевич. – Не знаю, как я буду сводить концы с концами. Надо же электроэнергию оплатить и налоги. А из каких доходов?

Если в этом году фермер планировал раскорчевать четыре ряда кустов облепихи, то теперь хочет девять, а может и больше. А освободившееся место занять другой ягодой. Кто‑то советует жимолостью, кто‑то смородиной. Но сам Пришвин сомневается в перспективности жимолости, поскольку она быстро осыпается.

– Надо в институте садоводства собираться зимой и обсуждать, на какую ягоду делать упор, – говорит фермер.

Руководитель НИИ Галина Синогейкина не планирует сокращать плантацию облепихи, поскольку ягода используется для постановки научных опытов. И теперь акцент будет сделан на выведение сортов со слабой плодоножкой, пригодных для механизированной уборки ягоды. Себестоимость ее будет намного ниже. Правда, алтайские журналисты лет 30 назад писали о планах местных селекционеров по созданию таких сортов. А воз и ныне там.

Александр Сурков считает, что для оживления рынка нужно снижать ставку рефинансирования ЦБ. Переработчики перед началом сезона закупают облепиху, причем часто на кредитные средства. И если они подешевеют, то и затраты снизятся.

У Татьяны Баклановой нет опасений в сбыте своего концентрированного масла, а вот найдутся ли покупатели на сок, она пока твердо не знает. Но есть предварительные договоренности о сбыте его в Китай. Оказывается, там ценят алтайскую высококачественную продукцию.

– Думаю, через 2–3 года российские импортеры будут сокращать закупки китайской облепихи, разочаровавшись в ее качестве. И интерес к местной ягоде вырастет, – надеется Галина Синогейкина.

И мы вместе с ней, попутно раздумывая, почему ягода из КНР дешевле российской, ведь ее еще нужно привезти за несколько тысяч километров? Говорят, рабочая сила в Поднебесной уже давно не дешевле нашей. Значит, там ниже налоги, а то чего хуже – государство субсидирует производителей и экспортеров? В общем, это большая загадка, которая требует отдельного изучения.