Откровенно о сокровенном: какие проблемы поднимает новый польский сериал «Женский ад»

Первый эпизод нового польского сериала «Женский ад» появился незадолго до Международного женского дня. Поэтому проект можно было бы воспринимать как своего рода подарок слабому полу: история, рассказанная для женщин и в их интересах.

Без ностальгии

Сериал из шести эпизодов, последний показали на прошлой неделе. Он не стал очередным вариантом плача по «стране, которую потеряли». Напротив – это возможность почтить память участниц многолетней борьбы за равные права и одновременно призыв противостоять, пусть и жестко (поскольку это показано с помощью натуралистических образов) тому факту, что социальные изменения – это трудоемкий процесс. Польский менталитет, по отзывам самих поляков, больше похож на скульптурную мягкую глину, чем на валун на берегу реки, отточенный годами естественными или историческими процессами. Неудивительно, что в социальных вопросах еще многое предстоит сделать.

На заставке, рекламирующей «Женский ад» на сетевых платформах, изображена актриса Агата Туркот, исполнительница главной роли. Ее поза, сияющая улыбка и праздничный наряд, по идее, должны передавать жизнерадостное настроение как героини, так и всего сериала, если бы не одна маленькая деталь – пятнышко черной туши. Это простой, но выразительный прием. Двой­ные стандарты, социальное лицемерие, игра в приличия, разделение на два мира: официальный, блестящий и свободный, и грязный, бедный, подпольный, а также темное закулисье якобы благополучной семейной жизни – таковы общие контуры проблем, затрагиваемых создателями сериала.

Расширив приведенный выше список более конкретными пунктами, получаем нечто вроде обзора вполне современных общественных дебатов о правах женщин: права на аборт, на принятие решений о собственном теле, стандарты здравоохранения, насилие в отношении женщин, экономическое равенство и рынок труда, а также роль женщин в традиционной семье. Проблема в том, что сериал посвящен не современности, а межвоенному периоду (1930‑е годы); он тщательно конструирует исторические реалии и опирается на источники.

С реальным деятелем

Название «Женский ад» отсылает к сборнику статей Тадеуша Бой-­Желеньского, не только писателя и преводчика, но и общественного деятеля, для которого вопросы эмансипации были чрезвычайно важны и актуальны. Бой-­Желеньский выступал за отмену положений, криминализирующих аборты, и демонстрировал трагические последствия сохранения этого жестокого закона: рост подпольных абортов, многочисленные смерти женщин, подвергающихся незаконным процедурам, и ужасное положение бедных молодых матерей. Писатель появляется на экране не как главный герой (и это правильно), а как контекст. Главные героини здесь – преимущественно женщины.

Но, видимо, современный польский внешнеполитический курс не дал возможности создателям проекта напомнить о трагической гибели Бой-Желеньского от рук бандеровцев в 1941 году в захваченном немцами Львове?

Ещё и детектив

Агата Туркот блестяще играла Хелену, редактора журнала знакомств, который она выпускает вместе со своим мужем (Матеуш Дамецкий). Ее великолепные костюмы, игривый блеск в глазах, уверенная походка и чувство собственного достоинства создают притягательный и запоминающийся образ. Она также переживает период взросления. Хелена, живущая в привилегированном мире, еще не осознала, что ее свобода имеет границы. Эти границы определяются мужем – на первый взгляд безобидным человеком. Но чем дальше Хелена погружается в его мировоззрение, тем очевиднее становится, что его душевное состояние сформировано патриархальными представлениями. Он не борется с эгоизмом, ему не хватает воображения. Более того, ему нравится быть хозяином положения, хозяином дома.

Комфортная жизнь главной героини еще больше осложняется, когда одна из читательниц ее журнала умирает после незаконного аборта. Инцидент начался с изнасилования, а насильником оказался таинственный мужчина, с которым жертва познакомилась через журнальное объявление о знакомстве. Частное расследование смерти женщины приводит к человеку по прозвищу Честный Ян и переплетает судьбу Хелены, которая переживает своего рода разочарование, с Эмилем, молодым врачом, братом погибшей, ошибочно подозреваемым в проведении операции своей сестре.

В сериале больше тем, больше женщин, больше страданий, больше кругов ада и больше форм домогательств. Первые эпизоды, в частности, демонстрируют удивительно смелые сцены – например, образ роженицы в грязном фартуке, которая с помощью согнутого крючка вешалки приступает к делу. И сам факт того, что мы видим главную героиню часто без макияжа, крупным планом и в растрепанном виде, тем самым приближаясь к ее лихорадочным эмоциям, кажется довольно новаторским приемом. Ясно, что тщательно продумывались не только костюмы (а также грим, декорации и музыкальное сопровождение). Но и художественные решения были продиктованы более глубокой идеей, желанием выйти за рамки фасада первых ассоциаций, которые приходят на ум.

Откровенно о сокровенном

Есть много феминистских кинопроектов, которые в основном сосредоточены на насилии. В Международный женский день, наверное, чаще принято с радостью погрузиться в истории о женских сообществах, дружбе, удовольствиях и самореализации, а не оказаться в «Женском аду». Это можно было представить более тонко, выявив то, что смело или постыдно, но все еще скрыто, по крайней мере, в польском кинематографе. Но, к сожалению, и польский кинематограф пока не достиг такого уровня.

И все же сериал захватывает и удивляет своей прямотой и жанровой формой. В современном кино, созданном по привычным стандартам, больше нет места для передышки, для чистой эйфории стиля ретро. Именно поэтому интенсивность несчастий, обрушившихся на героинь, почти непереносима. Тем не менее заметна женская чуткость, чувствительность и иной взгляд на привычные вещи.

Сериал так же увлекателен, как классический криминальный сюжет, выдержанный в духе нуарных детективов или историй о Джеке-потрошителе. В конце концов, жанровая маскировка позволяет возродить неудобные или забытые фрагменты истории, не жертвуя при этом развлекательной составляющей. Создатели «Женского ада», похоже, хорошо это понимают. Хотя прямолинейное название несколько противоречит этому.