Западно-Сибирская овощная опытная станция отметила 93‑летие
19:14, 06 сентября 2025г, Наука 1269
Летом 2025 года Западно-Сибирская овощная опытная станция (ЗСООС) отметила свое 93‑летие.
В один из последних августовских дней мы направились в Лебяжье, чтобы узнать, чем сегодня живет прославленный Алтайский филиал Федерального научного центра овощеводства – одно из старейших научных учреждений России в зоне Урала, Сибири и Дальнего Востока. Его возглавляет академик РАН Алексей Солдатенко.
И красный орден на стене
Сначала городские улицы сменили масштаб на более компактные застройки Южного, а потом потянулось Лебяжье, где схожести с селом добавили еще и начавшиеся за окном редакционного авто протяженные поля.
«И это все земли Западно-Сибирской станции?» – мелькнуло в голове.
Памятуя о том, что под патронажем ЗСООС более 1300 га, из которых 600 пашня, – да, естественно. Куда ни глянь…
По аллее с начавшими опадать листьями, ощутив запахи земли и травы (а ведь 15 минут как в горле стоял смог городских улиц), подхожу к большому зданию станции одного из старейших научных учреждений России в зоне Урала, Сибири и Дальнего Востока.
– Раньше здесь работало в целом три сотни человек, места еще и не хватало, – улыбается руководитель алтайского филиала Елена Одерова. – А теперь нас, работающих тут, полтора десятка, из которых научных работников всего‑то шесть человек. Но помещения не пустуют: где семена сушим, где библиотеку свято храним, где лаборатории по-прежнему функционируют.
В достаточно просторном бывшем конференц-зале в подтверждение слов кандидата сельскохозяйственных наук на двух вместительных полотнах – семена дыни и огурцов, на столах – специально для нас выставленные образцы помидоров алтайской селекции. А на стене – огромный стенд, где в центре находится горделивая информация о том, что «за успехи, достигнутые в повышении эффективности научных исследований и выполнении планов по производству продуктов земледелия Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19.02.1976 года Западно-Сибирская овощная опытная станция была награждена орденом Трудового Красного Знамени».
Задачи центра, несмотря на снизившуюся численность работников, остаются теми же: селекция и семеноводство овощных и бахчевых культур, разработка технологий их возделывания, защиты растений от вредителей и болезней. Станция создает новые конкурентоспособные сорта и гибриды, адаптированные к условиям Сибири. Некоторые из них нате, пожалуйста, уже красуются на столе перед нами.
Вот небольшие, слегка вытянутые плоды красного цвета – один из первых выведенных ЗСООС сортов, проверенный десятилетиями, Барнаульский консервный. Вот помидорки побольше, ярко желтого цвета – Моё солнышко, вот крупные розоватые – Демидов. Но мои руки тянутся к необычного цвета красно-черным плодам со слегка приплюснутой формой цветка – Ночной Барнаул.
«Правильно тянутся руки, чем темнее – тем витаминнее», – серьезно комментирует Елена Одерова. «Вы же наверняка знаете, что в темных ягодах, к примеру голубике, чернике, жимолости, очень много оксидантов – веществ, которые связывают свободные радикалы, выводят грязь из организма словом. Так же и в овощах».
«Давайте назовём Алтайская правда»
Сбоку лежат другие помидорки темно-фиолетового цвета размером чуть больше крупных ранеток с табличкой «Перспективный образец».
«У этого сорта пока нет названия», – поясняет старший научный сотрудник станции Елена Шишкина.
«А как рождаются имена новых сортов?» – спрашиваю.
«Здесь наша фантазия, аналогия. Приветствуются имена собственные, слова географической принадлежности – алтайская, барнаульская», – отвечают мне научные сотрудники.
«А если назвать сорт Алтайская правда? В честь 108‑летней старейшей газеты края», – хитро прищуриваюсь я.
«Почему нет, можно», – улыбаются женщины.
Но от улыбок и мечт разговор перетекает в серьезное русло.
Вся селекция – ручная работа: посадить, опылить, скрестить, замерить, взвесить. Испытуемый сорт до созревания «нянчат», постепенно улучшая качества и тестируя, лет 12. Покажет хорошую урожайность – отправится в питомник контроля. Чтобы попасть в Госреестр, каждый овощ должен пройти настоящий экзамен: у него берутся анализы на содержание витамина С, сухого вещества, сахара и результат сравнивается с лучшими существующими образцами. Хорошо, если разработка ведется по квоте, если нет – за сортоиспытание своего готового детища надо отдать около 400 тысяч, гибрида – в два раза больше. Для станции это большие деньги.
К слову, первые местные сорта южных культур – баклажанов, помидоров, перцев – начали выводить в 50‑х. Взять баклажаны, которые пришли из Индии: те далекие предки нынешних синеньких были жутко горькими, и из них делали разве что настойку от зубной боли. Сегодня на опытной станции выращивают два десятка видов овощей и зелени. Количество их местных сортов считается десятками.
В лучшие свои времена, в 70–80‑е, за сезон станция производила 30 тонн семян. Сегодня на продажу отправляют около тонны.
Ученые рассказывают: развитие отечественного семеноводства не линейно. Если с обеспечением себя семенами зерновых все в порядке, то овощи практически целиком зависят от импорта. Вспоминают год ковида: когда не было завозов азиатских овощей и демпинга, наши алтайские, чистенькие от химии овощи шли на ура. А если прибавить к этому еще и нехватку молодых ученых и кадровый голод, то ситуация небезоблачная. Но дело свое здесь знают и любят: в Лебяжьем работают проверенные не годами, а десятилетиями профессионалы.
И еда, и польза
За годы своего существования станция произвела более 180 сортов овощей, 30 защищены патентами. Семена востребованы: об этом говорит внушительное количество заявок и отзывов от партнеров. Главное преимущество – выращенные из местных семян овощи гарантированно полезные и порадуют урожаем в любой точке Западной Сибири: от Тюмени до Иркутска.
С этого года на станции занялись еще и семеноводством цветочных культур.
«Это выгодно: три зернышка эустомы, к примеру, на рынке сегодня стоят порядка 170 рублей», – поясняет Елена Шишкина.
Ученая демонстрирует нам бразильское растение спилантес с желтыми цветами в виде махровых шишечек.
«Его еще называют электрической травой, попробуйте на вкус, – предлагает мне научный сотрудник. И пока я морщусь от «стреляющей» во рту травки, утешает: «Это очень полезное растение, помогает при многих заболеваниях: от язвочек во рту до ревматоидных проявлений».
Из здания станции мы перемещаемся сначала к оранжереям, где любуемся на цветы в питомнике, а потом и на поля. И тут я замираю при виде хорошо знакомых с детства ягод паслена. Паслен, да не тот: огромные съедобные бусины размером с вишню, а сам куст по пояс.
«Понятно, что маленьким коллективом 600 гектаров пашни мы обработать не в силах, поэтому работаем с индустриальными партнерами, местными фермерами», – рассказывает Елена Одерова.
Полюбовавшись на поля с дозревающими помидорами и уже убранным чесноком, переезжаем в другое место, где стоит техника. Заходим в огромный ангар, напоминающий длинный широкий коридор под крышей, двери которого ведут в крытые теплицы. Здесь весной высаживают рассаду.
У стены стоит несколько синих пластиковых бочек, в которых дозревают выпущенные семена томатов. Пользуясь случаем, нам демонстрируют работу небольшой машины, на которую тут «молятся»: она за считаные минуты отделяет помытые томаты на кожицу, семена и чистейший томатный сок.
На этом экскурсия заканчивается. Попрощавшись с овощеводами, мы везем в редакцию целый ящик отборных алтайских помидоров. Кому на семена, а кому и просто попробовать научные достижения наших ученых, работающих для людей.
